eng | pyc

  

________________________________________________

Tur
ОСТРОВ
 

Шум волн начал проникать в отключенное сознание и возвращать Сашу к реальности. Одна из волн нежно прошлась по ее ногам и даже намочила плавки. Утреннее солнце нежно светило, поднимаясь над океаном, и начинало нагревать все вокруг.
Саша подняла голову и осмотрелась. Она лежала на великолепном белом песке, который был основной достопримечательностью местных пляжей, а ее ноги ласкали набегавшие на берег волны.
Волосы были скомканы и заполнены песком, как и купальник, хоть он и был минимален и мало что закрывал на ее теле.
«Что же произошло? Почему я здесь?» Сознание постоянно прокручивала эти вопросы, заставляя вспомнить, что было накануне вечером, и что же произошло и где она находится.
Вчера ее родители и еще две семьи, с которыми они познакомились здесь, на курорте, арендовали катер и отправились на вечернюю прогулку по морю, которая должна была продолжиться ночной рыбалкой. Местные жители, которые предложили эту поездку, обещали незабываемые впечатления и хороший улов.
На катере, кроме них, были еще две девочки – Ната, ее ровесница, шестнадцатилетняя блондинка, и Настя, которой только что исполнилось четырнадцать, а эта поездка была ей подарком на день рождения. Они тоже были с родителями, но те сразу отделились и веселились, сидя за столом на корме катера, девочки же играли вместе в кубрике и на носу.
Вечером детей, чтобы не мешали взрослым, отправили в кубрик спать. Но девочки долго еще лежали и делились секретиками о встречах с мальчиками. Только Настя лежала молча и вздыхала – она еще не успела получить в этом никакого опыта.
А Саша и Ната, чувствуя свое превосходство, старались, насколько позволяло воображение, приукрасить немногочисленные встречи с мальчиками разными пикантными подробностями, взятыми из кино и взрослых журналов. Если бы кто-то из взрослых услышал их разговор, то долго бы еще смеялись над буйством детской фантазии.
Наговорившись, девочки быстро уснули, укачиваемые волнами, которые слегка раскачивали катер, и звуком мотора, который негромко, на одном тоне звучал во всех отсеках.
Потом среди ночи был какой-то сильный удар, крики взрослых, луч фонарика, потом еще один удар, потом вода стала поступать в кубрик, потом раздался сильный треск, и затем в Сашиной памяти образовался провал. Сознание включилось только сейчас, но память не могла ничего вспомнить из того, что было после последнего удара.
Саша встала, долго откашливалась, чтобы последние капли морской воды вышли из легких, потом зашла в воду и, сняв купальник, смыла с тела и из волос песок. Все болело, как после физической нагрузки, и местами на коже проступили синяки.
Девочка огляделась. Она стояла на пустынном песчаном пляже, кое-где на белоснежном песке валялись какие-то тряпки и деревяшки, по цвету очень похожие на цвет катера, на котором они вчера отправились в путешествие. Значит, произошло что-то ужасное, а их катер утонул, развалившись на части. Но что же произошло, где все остальные, а главное, где папа и мама?
Саша несколько раз громко крикнула, пытаясь позвать родителей или вообще кого-нибудь. Но кроме криков чаек, звуков прибоя и шелеста листьев пальм никаких других звуков слышно не было. Тогда она пошла вдоль берега, надеясь встретить кого-то или найти пояснения всему происшедшему.
Местные гиды рассказывали, что в море есть острова, на которых никого нет, а еще есть острова, на которые лучше не приплывать, так как там живут дикие туземные племена, не гнушающиеся и каннибализмом.
Мягкий белоснежный песок, слегка нагретый утренним солнцем, нежно обволакивал ступни ее ног, море ласково шумело, набегая на берег. Совсем рядом шумели пальмы, на которых под самой кроной висели гроздья кокосов, а между пальмами весело щебетали цветастые птички, перелетая с одной пальмы на другую и, казалось, наблюдавшие за Сашей. Все было так безмятежно спокойно, что даже не верилось, что она одна на этом острове и никто не ищет ее. От ощущения одиночества страх начинал подниматься в душе, а к горлу подкатывали слезы.
– Саша! – крик из ближайших кустов заставил Сашу вздрогнуть и остановиться, настолько это было неожиданно. Из них вышли Ната и Настя, причем их вид ничем не отличался от Сашиного. Обе были взволнованы происшедшим и растеряны, так как не знали, что им делать, и где взрослые.
Девочки бросились друг к другу, начали наперебой расспрашивать, что же произошло и высказывать различные предположения – от нападения пиратов до тарана их катера другим большим кораблем или столкновения с рифом. Ответа никто не знал, более того, никто не помнил, что произошло ночью, все помнили только громкий треск и шум вливающейся в каюту воды.
– Интересно, а где же взрослые? – Ната вопросительно посмотрела на подруг.
– А остров вообще обитаемый, или один из тех, о которых рассказывали гиды? – спросила Настя.
– Давайте, девочки, поищем кого-нибудь. Или найдем родителей, или кого-то из местных жителей, чтобы сообщить о кораблекрушении, чтобы нам помогли найти родителей, – Саша посмотрела на подруг и предложила пойти вдоль берега, пока не дойдут до какого-нибудь рыбацкого селения.
– Так мы жертвы кораблекрушения, – сказала Настя, и ее глаза озорно сверкнули.
– Конечно, – подхватила Ната. – Сейчас пойдем искать Пятницу и строить себе шалаш.
– А мне кажется, надо пойти через лес, так можно быстрее встретить людей, – подхватила Настя. – Может, встретим диковинных зверей или птиц.
– Или людоедов, – съязвила Саша. – Давайте дойдем до любой реки или ручья, вытекающего в море, и пойдем по нему вверх. Так делают все путешественники в книгах, потому что около пресной воды всегда живут люди.
За следующим изгибом берега оказалась закрытая пальмами со всех сторон бухта, в которую впадала небольшая речка. Девочки с радостным визгом бросились к реке и, попробовав воду, которая и правда оказалась пресной, начали жадно пить прозрачную и слегка прохладную воду.
– Ну вот, речку уже нашли, – значит, надо по ней двигаться вглубь острова, чтобы найти селение местных жителей, – Саша сделала несколько шагов вдоль речки и остановилась посмотреть на подруг по приключению.
Девочки не только напились, но и, сняв купальники, смыли морскую соль со своих тел. После этого стало намного легче, даже настроение немного улучшилось.
– Надевайте купальники, а то вдруг кто-то увидит, – Саша сделала серьезное лицо.
– Да здесь же никого нет. Мы сколько прошли, и ни одного признака жизни. Наверно, этот остров необитаемый, – Насте очень нравилась эта идея, и ей хотелось, чтобы так и оказалось на самом деле.
Поэтому она демонстративно стояла без купальника, подставив ласковому солнцу свое девичье тело с еще не оформившимися до конца грудками, которые больше напоминали небольшие холмики с острыми кончиками сосков. Волос на ее теле еще не было нигде, ни подмышками, ни на лобке.
– Ну, и как, мы похожи? – Ната тоже сняла купальник и встала рядом с Настей, обняв ее за талию.
Они стояли рядом – голенькие, белокожие. Их худощавые девичьи тела, казалось, светились под ласковыми солнечными лучами.
– Вы не одни такие смелые, – Саша скинула купальник и подбежала к девочкам. Они взялись за руки и закружились, смеясь от своей смелости, солнца и девственной природы вокруг. Казалось, что не было ни крушения, ни чувства одиночества, ни тревоги из-за возможной опасности со стороны обитателей незнакомого острова. Только три голых девичьих тела, которые незначительно отличались размером груди, цветом волос и были удивительно похожи белизной кожи.
– Ну что, пошли дальше? – Саша прервала этот безумный танец и потянулась за купальником. – Надо идти.
Девочки последовали ее примеру, и скоро небольшой девичий отряд одетых в стринги молодых девушек двинулся по едва заметной тропе вдоль реки вглубь острова.
Идти приходилось медленно из-за высокой травы, корней деревьев и растений, которые стелились вдоль самой земли. Тропинка несколько раз меняла направление, то удаляясь от реки, то снова приближаясь к ней.
Очень странно, но кроме птиц, которые сопровождали их, перелетая с дерева на дерево, они не встретили никаких животных. Очень хотелось есть, время приближалось к полудню, а поднявшееся почти вертикально вверх солнце нещадно палило их кожу.
По дороге им попалась банановая пальма, и Саша, как самая опытная в лазании по деревьям, залезла и оторвала целую гроздь, которая тяжело грохнулась о землю, отчего часть бананов, разорвав кожуру, оказались в пыли тропинки.
Но все равно бананов было достаточно, девочки подкрепили свои силы и пошли дальше.
– А здесь можно жить, – Ната показала на поляну, ощетинившуюся зарослями ананасов, торчавшими как копья вверх.
– Да бананы, ананасы, кокосы – почти райская жизнь, – согласилась Настя, – а в реке наверняка водится рыба.
– Ну, уж в море точно, и не только рыба, – Ната охотно подхватила тему.
– Девочки, я чувствую запах дыма, да и тропинка уходит от реки вглубь леса, – Саша показала на ответвление, которое скрывалось за зарослями кустарника. – Пошли в ту сторону.
– Я тоже чувствую, – Ната втянула воздух ноздрями. – Вон там, над кронами деревьев в начале горы вьется дымок.
– И правда, – Настя по-детски обрадовано запрыгала и стала хлопать в ладоши. – Надо быстрей идти туда.
Девочки пошли быстрым шагом, раздвигая плотный кустарник и даже не обращая внимания на ветки, которые хлестали и царапали их руки. Им очень хотелось быстрее встретить взрослых, рассказать им о своей беде, получить помощь и утешение.
– Я, кажется, слышу звук барабанов, – Саша остановилась и прислушалась.
– Да, действительно, – Ната тоже услышала едва слышимый ритм, доносившийся из чащи леса.
– Давайте сначала посмотрим, кто там, а уж потом пойдем к людям, – Настя, как самая молодая и боязливая настороженно остановилась.
– В твоих словах есть резон, так и сделаем, давайте, девочки, осторожно и как можно тише, – Саша взяла на себя роль лидера.
По мере продвижения вперед барабаны звучали все громче и громче, а девочки старались ступать все тише и тише. Но ведь в диком, заросшем лесу это невозможно. Поэтому периодически под ногами то одной, то другой громко ломались старые ветки, скрытые полусгнившей листвой.
Осторожно раздвинув кусты, они увидели туземный поселок, в котором соломенные хижины, покрытые пальмовыми ветками, были расположены вокруг большой площади, являющейся центром поселка.
На площади несколько туземных мужчин, вооруженных копьями, топтались в пыли под звуки барабанов, в которые били трое мужчин, сидящих на скамейках около одной из хижин. Судя по тому, что это была самая большая хижина, она могла принадлежать вождю или другому правителю этого поселения.
– Давайте посмотрим с другой стороны, а то здесь не видно всю площадь. Что-то на ней горит, но не видно, что. Да и вообще надо увидеть, кто находится на площади, кроме танцующих, – Саша повернулась к подругам и шагнула из кустов.
От неожиданности она просто остолбенела. Пока они рассматривали деревеньку, через кустарник сзади неслышно подкрались воины и теперь стояли полукольцом, окружая девочек, с копьями, направленными в их сторону.
– Ой, мамочки, – Настя всхлипнула и прижалась к Нате.
Так они и стояли несколько минут, внимательно рассматривая друг друга. Воины были взрослыми мужчинами, с хорошо развитой мускулатурой, их тела были разукрашены цветными узорами, которые продолжались и на лице. Каждый держал копье, к кожаному поясу был прикреплен железный нож очень больших размеров, в правой руке было копье, а в левой кожаный щит. Вся их одежда состояла из куска материи, прикрепленного спереди и сзади к тому же поясу, где висел нож.
Вперед вышел самый большой воин – очевидно, он возглавлял этот отряд – и что-то сказал на гортанном языке, показывая на девочек и глядя на них.
– Ничего не поняла, – Саша попыталась показать это руками, но воины тут же подняли копья.
– Что будем делать? Может, попробовать объяснить все жестами? – Ната вопросительно посмотрела на Сашу.
– Попробуй. Я не могу понять, как это можно сделать, – Саша отошла в сторону.
Ната вышла вперед, подняла руку к уху и сделала вид, что звонит по телефону. Туземцы вопросительно смотрели на нее. Тогда она изобразила трель звонка и снова поднесла невидимую трубку к уху, снова никакой реакции.
– Может, они не знают что такое телефон? – Настя высказала догадку и, скорее всего, была права.
Тут старший что-то сказал, и воины, выставив вперед копья, двинулись на девочек. Когда их острые концы почти коснулись их, тем не оставалось ничего другого, как отступить и таким образом они все вместе через кустарник вышли к деревне.
Теперь уже не оставалось ничего другого, как идти в деревню в сопровождении воинственных туземцев.
Когда они вышли на площадь, барабаны смолкли, а на гортанные крики сопровождения сбежались все жители деревни и кольцом окружили девочек, пристально рассматривая их.
Мужчины все были в набедренных поясах с двумя кусками материи спереди и сзади, а у женщин, кроме такого же наряда были только бусы, сделанные из сушеных плодов или семян различных растений с вставленными в них разноцветными перьями.
В какой-то момент толпа почтительно расступилась, и в круг вошел старый, но физически крепкий туземец, на голове которого красовался головной убор из птичьих перьев. Судя по тому, что он вышел из самой большой хижины, это был вождь, а сопровождал его сгорбленный и, казалось, высохший туземец с большим посохом, украшенным перьями и черепами мелких грызунов.
– Скорее всего, это вождь и шаман этого племени, – еле слышно прошептала Саша, но так, чтобы девочки ее услышали.
– Боюсь, что у нас нет вариантов. Надо ждать, как будут развиваться события, и по возможности бежать и добраться до какой-нибудь цивилизации, – Ната лихорадочно оглядывалась по сторонам.
– Мы от них не убежим, все равно догонят, – кажется, Настя опять была права.
Вождь несколько раз обошел вокруг девочек, внимательно их разглядывая, и потом неожиданно, когда был у них за спиной, достал нож и перерезал тоненькие ниточки крепления купальников, которые тут же упали к на землю. Попытка их поднять закончилась безрезультатно, потому что вождь так громко и разгневанно закричал, когда девочки попытались поднять срезанные вещи, что они оставили свои попытки и прикрыли обнажившиеся груди своими ладошками.
Тогда вождь ударил их по рукам и заставил их опустить. Девочки покраснели от стыда, а туземцы жадно разглядывали их, некоторые даже пытались руками потрогать их. Может, чтобы удостовериться, что они настоящие?
Удовлетворившись увиденным, вождь вопросительно посмотрел на шамана, тот утвердительно кивнул, и вождь что-то сказал стоявшим воинам. Те, выполняя полученный приказ, схватили девочек за руки и ноги, отнесли под навес, и положили рядом на большом и длинном столе.
Первой лежала Саша и, когда шаман подошел, воины раздвинули ей ноги. Шаман крючковатыми пальцами отодвинул маленький треугольник плавок и средним пальцем вставил его во влагалище. Он что-то довольно прошамкал, и толпа ответила на это возгласом радости.
– Кажется, он проверяет, девственницы ли мы, – Саша пыталась подавить в себе противоречивые эмоции, с одной стороны, когда шаман раздвигал половые губы и входил в нее, было капельку, совсем капельку приятно, но, с другой стороны, этот сморщенный старик вызывал отвращение.
Рядом коротко взвизгнула Ната, и потом Настя, значит, шаман проверил и их, и каждый раз на его довольное мычание толпа отвечала многократными возгласами восторга.
Шаман отошел и о чем-то поговорил с вождем. Вождь выслушал его, утверждающе кивнул и что-то сказал соплеменникам. Те, как и обычно, ответили громкими криками и начали, смеясь, переглядываться друг с другом.
Вождь еще что-то сказал, девочек отпустили, они сели на столе и непонимающе смотрели на окружающих их туземцев, которые непонятно чему радовались и пританцовывали, хлопая в ладоши.
Вождь жестом позвал девочек за собой и вышел на площадь. Когда они подошли к нему, стараясь держаться как можно ближе друг к другу, он что-то сказал и показал пальцем на солнце. Девочки переглянулись, но ничего не поняли. Тогда вождь еще раз показал на солнце, стоявшее в зените, и потом провел рукой полукруг в сторону, противоположную той, откуда солнце поднималось. Потом он еще раз показал на солнце и теперь прочертил в воздухе полукруг со стороны восхода в точку, где сейчас находилось солнце.
– Скорее всего, он хочет сказать, что солнце зайдет и потом взойдет и достигнет полудня, – Саша прокомментировала жесты вождя. Девочки с ней согласились и закивали, глядя на каменное лицо вождя.
Удовлетворенный их пониманием, вождь кивнул и показал в центр площади, где находились какие-то непонятные, то ли постройки, то ли какие-то подставки с находящимися на них предметами.
Девочки непонимающе закачали головами, и вождь, махнув рукой, повел их на постамент, который, как трибуна на параде, находился с одной стороны площади.
Поднявшись на нее, девочки увидели всю площадь целиком, от этого постамента до хижины вождя, вход в которую украшали шкуры диких животных со свисающими хвостами.
То, что они приняли за непонятные постройки, на самом деле оказалось огромными кострищами, сложенными из камня, на одном из которых находился огромный, в человеческий рост чан, на другом такая же большая сковорода, а через третью был переброшен вертел с ручками для его вращения.
– Они что, нас хотят приготовить и съесть? – Настя испуганно заплакала.
– И, как я понимаю, именно это он и хотел сказать, показывая на движение солнца по небу, – подвела итог Саша, у которой от одной мысли, что их съедят, по телу пробежала дрожь.
– А произойдет это завтра в полдень, – Ната была более спокойна.
Видя, что девочки все поняли, вождь довольно засмеялся и, показав на хижину, подтолкнул девочек в ее сторону. Девочки пошли в хижину, в которой им предстояло провести время до тех пор, пока их не начнут готовить на этой гигантской кухне каннибалов.
Когда они зашли в хижину и полог задернулся, около входа стали два вооруженных туземца.
Зайдя вовнутрь, девочки начали все внимательно осматривать, чтобы найти возможность убежать из этого страшного места. Окон в хижине не было, и солнечный свет пробивался через небольшие отверстия в крыше. Добраться до них было практически невозможно. Других выходов или отверстий в стенах не было, да и сами стены были сложены из стволов деревьев, перевязанных между собой, и разобрать их девочкам явно было не по силам.
– Я так понимаю, что вариантов сбежать отсюда нет? – Настя вопросительно посмотрела на подружек.
– Даже не знаю, что в этой ситуации придумать, – Саша, как более старшая, пыталась сохранять спокойствие.
– А может, попросить их отпустить нас? Может, они сжалятся над нами и отпустят к родителям? – Ната начинала хныкать.
– Отпустить не отпустят. Как я понимаю, у них вполне определенные планы относительно нас и ужина для всей деревни,– Саша подвела итог, от этого и ей самой стало легче.
– Очень хочется пить, может, попросим воды? – Нате тоже стало передаваться спокойствие Саши.
– Вот стоит кувшин и чашки, – Настя показала в угол, где рядом с циновками стоял глиняный кувшин.
– Какой-то у содержимого странный вкус и цвет, – Саша сморщила лицо, но проглотила жидкость из кувшина, – Да это какой-то местный алкогольный напиток!
Девочки тоже выпили по чашке напитка, от которого по их телам разлилось легкое возбуждение, они даже повеселели.
– Ну, и как будем делить, кто куда пойдет? – Саша вопросительно посмотрела на Нату и Настю.
– А куда ты сама хочешь? – Настя улыбнулась и посмотрела ей в глаза, в которых мелькнули искорки возбуждения.
– Знаешь, мне всегда нравилось смотреть, когда мама жарит на сковородке курицу, как подрумянивается ее кожа, покрывается аппетитной корочкой, которую я очень люблю. Поэтому я бы хотела пойти на сковородку, – Саша просительно посмотрела на девочек.
– Я не против, тем более что мне больше нравится котел. Это получается, как в бане, когда температура медленно поднимается и вокруг пахнет различными запахами. Я думаю, они положат в котел специи? – Настя озорно глянула на Сашу, и обе посмотрели на Нату.
– Значит, мне остается вертел? Ну что же, я согласна, правда, не поняла, они проткнут меня насквозь или просто привяжут? – Ната подошла к девочкам.
– Знаешь, я успела заметить там какие-то кольца и крестовины, значит, скорее всего, привяжут сверху. А ты как бы хотела? – Саша присела на циновку.
– Если уж и пробовать это, то хотелось быть в сознании, как вы, – Ната присела рядом. – И вообще хочется кушать. Интересно, а нам дадут поесть?
– Скорее всего, нет. Ты сама подумай, ведь тогда у тебя внутри будут результаты ее переработки, и как тогда тебя готовить? – рассудительно сказала Саша. – Тогда надо будет потрошить, а мне бы этого не хотелось. И думаю, что у нас еще состригут волосы и побреют, чтобы не было запаха паленых волос.
– Так мы будем совсем голые и лысые, даже более голые, чем сейчас – голые, но с волосами, – Ната начала громко смеяться. – Ладно, давайте спать, завтра будет наш последний день.
Утром, как только взошло солнце, девочек разбудил гул толпы, который приближался и становился сильнее.
– Кажется, это уже за нами, – Саша встала и попыталась что-то рассмотреть сквозь дырочки в стене.
– Тогда давайте еще по стаканчику напитка, чтобы не так страшно было, – Ната налила все три стакана, и девочки, чокнувшись, выпили.
– Тогда давайте все выполним сами, чтобы они не видели, что мы боимся, – Настя, хоть и была младше всех, сделала решительный шаг вперед.
– А что, девочки, давайте! – Саше даже стало весело.
Дверь в хижину открылась, зашел вождь в сопровождении нескольких воинов. Воинственный вид не предвещал ничего хорошего, и было видно, что они готовы к сопротивлению, хоть и не существенному для них, но все-таки сопротивлению.
Саша вышла вперед и, показав вождю, что они сами все сделают, сняла с себя треугольник трусиков. Девочки последовали ее примеру. И вся троица, под изумленными взглядами туземцев, вышла на порог хижины.
Саша жестом спросила у вождя, куда идти и, когда он показал в сторону стоявших столов и лежавших рядом циновок, вокруг которых стояли женщины, девочки пошли туда, приветливо улыбаясь всем вокруг.
Подойдя, они вместе легли на циновки, и Ната показала жестом, что они готовы. Женщины, одобрительно защелкав языками, принялись состригать с их головы волосы и выбривать их.
После этого каждой из них промыли кишечник, и вымыли, казалось, до скрипа кожи.
– Я же вам говорила, – Саша всем своим видом показывала, что, как обычно, она была права.
– И что теперь? – Ната вопросительно посмотрела на вождя.
Вождь жестом показал на подготовленные к розжигу костры под чаном, сковородой и вертелом и показал девочкам, что каждая из них должна идти к одному из этих кухонных предметов.
– Я не хочу, чтобы меня привязывали к вертелу, они сделают это больно, а с их рожами это еще неприятнее. Может, вы мне поможете, ведь со сковородой и котлом вы сможете разобраться без посторонней помощи, – Ната просительно посмотрела на девочек. – Все-таки это будут последние мгновения, когда мы будем вместе, так давайте их проведем вместе и одновременно окажемся на огне.
– Хорошая идея, – Саша утвердительно кивнула и показала вождю, как они распределились, но они вместе помогут Нате с вертелом. Вождь одобрительно кивнул, кажется, и его удивляла такая храбрость маленьких белых девочек.
Они подошли к очагу, в котором горели ветки деревьев, да так, что огонь поднимался намного выше крепления для вертела.
– Я что, буду в этом огне? Я же сгорю, а не зажарюсь, – Ната вопросительно посмотрела на девочек.
– Конечно, нет. Видишь, они давно горят, и скоро останутся только уголья, вот на них тебя и будут жарить, – Настя показала на почти заканчивающие гореть ветки. – Надо поспешить, а то не хватит угольев и будут подбрасывать новые ветки.
На столе лежал вертел с тремя крестообразными ответвлениями, вверху, внизу и чуть выше середины. На верхнем и нижнем ответвлении были кольцеобразные крепления для рук и ног, а около среднего был закреплен металлический пояс, ниже которого из вертела торчал загнутый отросток, довольно толстый по внешнему виду.
– Вот видишь, никто тебя протыкать не будет, – Саша успокоительно похлопала Нату по плечу, – а этот крючок, судя по всему, для насаживания попой, чтоб ты не соскальзывала при прокручивании вертела.
Ната легла поверх вертела, и девочки, смазав маслом отросток, насадили на него Нату, потянув за ноги. Он и вправду был немного толстоват и вошел с большим трудом.
– Он, кажется, меня разорвет, – на глазах у Наты выступили слезы. – Лишь бы не соскользнуть с него.
– Все будет нормально, мы сейчас тебя привяжем за ноги, и он уже не сможет выйти из тебя, – Настя подошла к креплениям для ног. – Давай сюда ноги.
Ната вытянула ноги, которые Настя защелкнула в крепления, а в это время Саша застегивала пояс вокруг ее груди.
– Теперь руки, – Настя подошла к их креплению, – давай вытягивай их сюда.
После этого Ната оказалась вытянутой вокруг вертела и, казалось, натянута так, как кожа на барабане у туземцев.
– О-о-о-о, а ты аппетитно выглядишь, – Саша, казалось, даже облизнулась и похлопала Нату по натянутой коже на животе. – Жаль, что не доведется попробовать. Ну что, мы пошли к себе?
Но только они сделали шаг, как их остановил окрик вождя, и женщины поднесли им небольшое яблоко и грушу. Они показали, что яблоко надо вставить Нате в рот, а грушу во влагалище и смазать ее всю.
Девочки натерли Нату маслом из стоявшего рядом чана, а вот с грушей были проблемы. Пришлось ее тоже окунуть в масло, и только после этого вдвоем им удалось вставить грушу в Нату, отчего она застонала.
– Открой пошире рот, – Саша подошла к лицу Наты. И после того, как она его раскрыла, вставила в него яблоко. Вопросительно посмотрев на вождя, она увидела, что он удовлетворенно кивнул.
– Ну что, пошли к себе. Теперь наш черед, – Настя обняла на прощание Сашу и пошла в сторону стола, стоявшего у котла. – Я так поняла, что они нас одновременно опустят на огонь в полдень, чтобы мы были приготовлены к ужину.
– Скорее всего, так, – ответила Саша по пути к сковороде. – И у тебя уже горит огонь, чтобы вода не была холодной. А мне еще не разжигали, наверно, сковорода нагревается быстрее.
– И еще они положили специи и фрукты с овощами, так что я буду хорошо пахнуть, – донесся до нее голос Насти.
Настя уже лежала на столе, и две туземки натирали ее маслами. Потом они вставили ей в попу морковку, а во влагалище початок кукурузы. Овощи так же, как и у Наты, не хотели входить, и их удалось вставить, только смазав маслом.
Настя была уже готова и встала со стола. Морковка и початок распирали ее, и казалось, терлись внутри друг о друга. Она уже хотела прыгнуть в котел, но ее остановила женщина, показав в сторону Саши и потом солнца.
– Не торопись, мы попадем на огонь только в полдень и после того, как ты будешь готова, – Настя легла на стол, чтобы морковка и кукуруза не выскочили из нее.
А в это время Саша подошла к сковороде и вопросительно посмотрела на женщин, стоявших здесь. Они показали ей на чан с маслом, потом на коробку с мукой и грушу с морковкой. Стало понятно, что надо сначала намазаться маслом, потом покрыть себя мукой, а грушу и морковь вставить, как у Наты и Насти.
Саша прыгнула в чан с маслом и погрузилась в него с головой, потом вылезла из него по лестнице. Это было очень сложно, так как ноги и все тело мгновенно стало скользким. Поэтому она практически упала в коробку с мукой, подняв облако в воздух. Она хорошенько обваляла себя в ней, а туда, где не попала мука, между ног и подмышками, посыпала руками. После этого она вылезла и легла на стол, а быстрые руки помощниц вставили ей во влагалище грушу, а в попку морковь.
Почти сразу раздался крик вождя, и женщины показали Саше, что пора вставать и идти на сковородку.
Встав, Саша увидела, что Настя тоже стоит рядом с котлом, а два туземца несут вертел с Натой в сторону очага. У Насти смешно торчал из попки хвостик от морковки, но оглянувшись, Саша увидела у себя такой же.
Под сковородой уже горел костер, а женщины разлили по ней масло и длинными деревянными лопатками разгоняли его по всей поверхности.
В это время раздался громкий стон. Это была Ната, вертел с ней уже опустили на огонь и стали вращать.
Натертое маслом тело начало прожариваться на углях. Жар проникал внутрь, горячил ее тело и сознание. Соски первыми сначала набухли и возбудились, потом начали покрываться коркой. Груди при каждом повороте вертела перемещались из стороны в сторону и дергались от истерики, которую испытывала Ната.
Жар от углей так сильно нагревал ее, что она напряглась в крике, но вставленное яблоко не давало ей этого сделать, и она только натужно мычала, вертя головой.
Туземка шлепнула Настю по попе, подталкивая ее к котлу, и она прыгнула в воду, над которой уже поднимался пар.
– Ой-ей-ей, как горячо, – Настин крик разнесся по площади.
Уже достаточно нагретая вода обволокла ее тело со всех сторон. Поднимающиеся со дна волны горячей воды с пузырьками воздуха щекотали тело, заставляя ее извиваться от удовольствия и жара, который проникал в нее все глубже и глубже.
– Это жарче, чем в бане. Саша, быстрее присоединяйся к нам, а то я долго не выдержу этой жары,– скорее выдохнула, чем произнесла Настя. – А-а-а-а-а-а!
Саша села в желоб, смазанный маслом, и соскользнула по нему в сковороду. Горячее масло волной хлестнуло по ее ногам, половым губам с головкой груши, торчавшей из них, прошлось по животу и заполнило пупок. Попка и спина соприкоснулись с раскаленным дном сковородки, и этот жар заставил ее прогнуться. От этого половые губы прикоснулись к сковородке, и она, вскрикнув, перевернулась на живот, защищая их. Теперь соски уперлись в дно сковородки, и нестерпимая боль пронзила ее тело от сосков вглубь тела и к половым губам. Живот плотно лежал на сковородке, и казалось, прожаривался на ней.
– А-а-а-а-а! – крик, который вырвался из ее горла, быстро закончился – масло попало в горло.
Она опять перевернулась на спину, потом на грудь и вертелась до тех пор, пока раскаленное масло не выжгло рецепторы, а сознание начинало отказывать, заглушаемое болью от раскаленного масла в самых интимных местах.
А когда у Наты выпало изо рта яблоко, голоса всех троих слились в один громкий крик, который постепенно слабел, пока не затих совсем.

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную