eng | pyc

  

________________________________________________

FeO
ЭТО СУДЬБА

Ночь 1
Она осознала себя стоящей посреди леса. Лес был редкий, освещенный ярким летним солнцем. Он создавал ощущение ухоженности, напоминая парк недалеко от ее дома. Но рядом не было даже тропинки, по которой она могла сюда дойти. Да и могла ли?
Она была обнажена, руки ее были связаны за спиной мягкой веревкой. И почему-то это казалось вполне нормальным, почти привычным. Она сделала несколько осторожных шагов, стараясь не споткнуться об корень, и тут из-за дерева впереди вышел мужчина. Он был одет в черные футболку и джинсы. Черные туфли на ногах на вид не были приспособлены для прогулок по лесу. Не менее черная маска полностью скрывала лицо незнакомца.
Вот тут ей стало страшно. Одна в лесу, голая, связанная, наедине с незнакомцем в маске.
Прежде, чем он успел что-либо сказать, она взвизгнула и, развернувшись, бросилась бежать. Но через несколько шагов все-таки споткнулась, потеряла равновесие и...
...проснулась. Подскочила на кровати, отбросив одеяло. Она была дома. Всего лишь сон! Она с облегчением откинулась на подушку. Испуг прошел, и она закрыла глаза...

Поляна возле леса. Вместо веревок на руках ощущается сталь наручников, похожие наручники и на ногах. И никакой одежды. Она сидела на траве, привалившись к дереву, а возле нее стоял тот же человек в маске.
– Снова будешь кричать? – услышала она его слова.
– Где я?! – крикнула она, испуганно оглядываясь и пытаясь вывернуть руки из браслетов.
– Во сне, – ответил незнакомец спокойно. – Ты спишь.
– Отпустите меня! Помогите...

Вскрикнув, она села на кровати. Опять сон! Но какой реальный! Она осторожно, будто опасаясь чего-то, легла на бок. Видения были слишком правдоподобными, и воспоминание о них заставляло стыдливо ежиться. Незнакомый мужчина видел ее голую и связанную. Не хотелось, чтобы это повторилось снова, даже во сне. Нет, она заслуженно гордилась своей стройной фигурой, широкими бедрами, достаточно крупной для ее возраста грудью, но демонстрировать себя так «неожиданно» не собиралась.
Она долго лежала, не желая засыпать, вспоминая детали видения. Кажется, незнакомец пытался что-то сказать ей. Но зачем надо было раздевать ее и связывать? И эта маска, что под ней скрыто? Может быть, стоит не паниковать в следующий раз, а выслушать незнакомца. Тем более, это лишь сон, пусть и неправдоподобно реальный. В реальном мире он ее не достанет... В конце концов, сон снова одолел ее, но странных видений той ночью больше не было.

Ночь 2
Нет, можно заранее договориться с собой, дать обещание не паниковать. Но как быть, если паника рвется наружу, если не сразу удается сообразить, сон это или явь? Она стояла на коленях в центре небольшого островка посередине реки. Снова голая, снова связанная. Лодыжки были привязаны к бедрам широкими кожаными ремнями. Колени привязаны к кольям, вбитым в землю, так что она не могла сжать их вместе. Руки скованы наручниками за спиной позади большого столба. Еще на ней был кожаный ошейник, прикрепленный к тому же столбу цепочкой.
Незнакомца не было.
От попыток освободиться она быстро устала. Паника постепенно переросла в тихую злобу, причем она не знала, из-за чего больше злится: что ее связали так откровенно, или что эта сволочь до сих пор не появилась.
Отдышавшись, она осмотрелась. Река неширокая, и течение воды хорошо видно. Крутые берега, поросшие высоким кустарником и деревьями. Небо серое, без солнца. Такое ощущение, что здесь всегда вечер. И полный штиль.
Наконец эта неопределенность ей надоела, и она крикнула:
– Эй, ты здесь?

Он был здесь. Он просто вышел из воды навстречу ей, как будто это была не вода, а туман. Одежда его даже не намокла, да и дыхание он, похоже, не задерживал.
Вспомнив, в каком сидит виде, она покраснела и попыталась сжать ноги. И очередная попытка вывернуть руки из браслетов окончилась неудачей. А незнакомец, казалось, не обращал на ее наготу никакого внимания. Уселся после появления на землю и замер.
Она молчала, разглядывая его. Он не двигался. Пауза затягивалась. Она не выдержала первой:
– Я точно сплю?
– Щипать не буду, – донеслось из-под маски.
– Почему я связана?
– А почему ты меня об этом спрашиваешь? – удивление в голосе казалось настоящим.
– А разве не ты меня связал?
– Нет.
– Тогда почему ты меня не освободишь? – спросила она.
– Не могу.
– Не можешь или не хочешь? – уточнила она с подозрением.
– Не смогу, даже если захочу.
– Почему не можешь?
– Не я тебя связывал, – последовал ответ.
– А кто тогда?
– А почему ты меня об этом спрашиваешь? – удивление в голосе казалось настоящим.
«Странный диалог получался, – промелькнула у нее мысль. – Неправильный какой-то, нереальный».
Ей даже на секунду показалось, что сидящий перед ней незнакомец – не человек. Потому и носит маску. Не думая долго, она спросила:
– Ты человек?
– Да, – незнакомец продолжал сидеть неподвижно.
– Я имею в виду, ты не плод моего воображения?
– Нет, я живой человек и являюсь гостем в твоем сне.
Она помолчала.
– Чего тебе от меня нужно? – спросила она, наконец.
И тут незнакомец пошевелился. Оживился, привстал, усаживаясь удобнее, и совершенно другим тоном сказал:
– Ну, наконец-то, ты снизошла до того, чтобы меня выслушать. Обещаешь, что не будешь кричать, звать на помощь и требовать не трогать тебя?
Она опустила голову. Чувство неправильности происходящего усиливалось. По-хорошему ей было положено дрожать от страха, а незнакомцу в маске – страшным голосом перечислять, какие ужасы он с ней сотворит. Но сейчас, пусть даже во сне... Она посмотрела на него:
– Обещаю, если действительно не будешь трогать.
– Не буду, – ответил незнакомец убедительно, – еще долго не буду. Тебе надо подрасти.
– Мне уже восемнадцать, – обижено ответила она.
Он фыркнул:
– Тоже мне, возраст! Ты хоть знаешь, откуда эта цифра взялась? А понятие «законы мироздания» тебе что-нибудь говорит?
– Что еще за законы? – удивленно спросила она.
Он махнул рукой:
– Это неважно, главное – развита ты очень хорошо для своих лет и сейчас выглядишь так же, как и в реальности.
Она снова покраснела. Стыд, заглушенный пониманием того, что это всего лишь сон, прорвался наружу. Она снова попыталась освободить руки.
– Может, все-таки, освободишь? Неудобно же, – тихо попросила она.
Он помотал головой:
– Неужели ты думаешь, что мне этого хочется? Ты слушать будешь?
Она кивнула, насупившись.
– Я умею ходить по чужим снам, – начал он. – Вообще, я умею не только это, но пока еще учусь. Я такой не один, но в твоих снах до меня никто не появлялся. И в этом нам с тобой крупно повезло. Почему тебе – объясню позже. Почему мне? Увидев, что тебе снится, я удивился и обрадовался. Удивился потому, что такие детально сформированные сны встречаются крайне редко, – он повел рукой вокруг.
Только сейчас она обратила внимание, что слышит журчание воды, чувствует дуновение ветра. На небе появился диск солнца, пусть и неяркий. Да и серости в красках заметно убавилось.
Незнакомец продолжал:
– Обрадовался же потому, что увидел, КАКИЕ тебе снятся сны. Понаблюдав, я понял, что твоя склонность уже почти сформирована, поэтому и открылся тебе.
– Какая склонность? – спросила она, не понимая, о чем речь.
Он помолчал и ответил ровно и отчетливо:
– Твоя судьба – быть рабыней. И хозяином твоим буду я. В реальном мире.
Смысл сказанного доходил до нее медленно. Она вдруг поняла, что это не совсем сон, а что-то большее. До нее дошло, что для незнакомца нет разницы между сном и явью. Стало, наконец, ясно, что он имеет в виду!
– Нет! – она замотала головой так яростно, что цепочка ошейника зазвенела. – Нет! Даже не думай! Ты – псих! Убирайся из моих снов, придурок!
Она завозилась, снова пытаясь освободиться.
– Отпусти меня! Я хочу проснуться! Я...

Она подпрыгнула в постели.
– ...не буду! – закончила она уже в реальном мире.
Она упала на подушку и несколько раз со злостью ударила кулаком по ней. Сволочь! Быть его рабыней? Как он только осмелился предложить ей такое?!

Прошла неделя. Сон не возвращался, но она ходила злая на весь свет. Тем более, пришел сентябрь, продолжилась учеба в институте. Она искала в Сети информацию об управлении снами, пыталась тренироваться, но те сновидения, что посещали ее, даже отдаленно не были похожи на реальность, наведенную Незнакомцем. Ей даже стало казаться, что удалось изгнать непрошенного гостя, но полной уверенности в этом не было.

Ночь 3
Она почти не удивилась, когда обнаружила себя лежащей в мягкой траве на лугу. На этот раз на ней не было металла, но веревок на нее явно не пожалели. Ноги были связаны сразу в трех местах – в щиколотках, под и над коленями. По ощущениям, в каждом месте веревка обматывалась вокруг ног не меньше пяти раз. При этом ноги были согнуты, лодыжки подтянуты к ягодицам. Еще одна веревка была обмотана вокруг пояса и туго тянулась через промежность, при каждом движении вызывая возбуждение пополам с болью. Веревка обматывалась и вокруг грудей, слегка стягивая каждую из них у основания. Руки были вытянуты вдоль спины и туго связаны в локтях – она чувствовала, как локти касаются друг друга, – и в запястьях – эта веревка тоже была связана с веревкой на лодыжках.
Она лежала на боку, не имея возможности пошевелиться. Трава немного щекотала тело, солнце ярко светило откуда-то сзади, согревая ее. В поле зрения никого не было.
– Ну и где ты? – спросила она раздраженно, пытаясь оглядеться.
Никто ей не ответил. Она мысленно выругалась и завозилась, пытаясь вытащить руки из колец веревки.
– И что же ты делаешь? – спросил Незнакомец, садясь перед ней на траву. – Неужели ты думаешь, что сможешь освободиться?
Она замерла, зло глядя на него:
– Опять ты? Оставь меня в покое!
– И чем ты займешься? Продолжишь попытки выбраться? Или поползешь куда-нибудь в поисках помощи?
Странно, но в его голосе не было издевки. Почему-то ей слышалось сочувствие.
– Я сплю, – тихо ответила она. – И утром прозвонит будильник. Так что я просто подожду.
– Да, прозвонит. Только ты не в курсе, как в этом сне течет время, и сколько дней тебе придется так лежать.
– В прошлый раз мне удалось проснуться раньше, – сухо напомнила она. У нее не было оснований верить Незнакомцу.
– Удалось. Когда я отпускал, – заметил он.
– Удастся и сейчас. Уходи.
– Кто-то обещал дослушать до конца, – напомнил Незнакомец.
– По-моему, ты все сказал, – ответила она, закрыв глаза. Разговаривать не хотелось.
– Я не сказал главного. Чтобы сделать тебя своей рабыней, я должен провести обряд подчинения.
Она открыла один глаз и гневно посмотрела на него. Он поднял руку, опережая ее:
– И ты сможешь отказаться от рабства, если захочешь.
Ее разобрал смех. Она лежала на траве и мелко дрожала от истерического хихиканья. От смеха веревки впивались в тело, но она не обращала на боль никакого внимания. Этот придурок тратил ее время, тратил СВОЕ время ради бессмысленной надежды, что она согласится добровольно.
– Какой же ты идиот! – выдавила она. – Неужели ты думаешь, что я такая дура?
Кажется, он разозлился.
– Решай сама, дура или нет, – ответил он напористо. – Но ты явно не понимаешь, в какой опасности находишься. И почему ТЕБЕ повезло, что именно Я тебя нашел. Я не один хожу по снам! И другой на моем месте мог бы просто вытащить тебя в середину ритуала и обманом заставить согласиться! А я вожусь тут с тобой, как дурак, пытаюсь объяснить! Зря, по-твоему?!
– А на что ты надеешься?! – зло крикнула она. – На благодарность? «О'кей, я все поняла, спасибо, давай я за это тебе минет отстрочу»! Даже во сне от вас, козлов, спасения нет! Что это?! Новый способ познакомиться?
Он вдруг успокоился. Выражение его лица она не видела, но голос стал прежним:
– А что? Было бы неплохо, – он рассмеялся. – Уйти ты не можешь, царапаться тоже. К тому же известно, что хорошо связанная женщина в предварительных ласках не нуждается.
– Козел! Мудак! – заорала она.
Очень хотелось дотянуться до него, сорвать эту маску, расцарапать лицо. Но она уже лежала в своей постели, свободная и злая.

Она так и не успокоилась. Хотелось раз и навсегда вышвырнуть Незнакомца из снов. Из всех перепалок с ним она сделала вполне логичный вывод: она связана потому, что представляет для него реальную опасность. Она же Хозяйка в своем сне! И если она сумеет освободиться...
В Сети она нашла технику, с помощью которой можно протащить в сон какую-нибудь вещь. Несколько дней подряд она засыпала, сжимая в руке рукоять огромного кухонного ножа...

Ночь 4
– Как интересно, – сказал Незнакомец, с интересом разглядывая ее.
Она добилась своего, нож был в руке. Но что делать с металлическими полосами, прижимавшими ее запястья, лодыжки и пояс к Т-кресту? Она посмотрела на руку и в ярости замычала в кляп. А кляп откуда?! Она попыталась швырнуть нож в Незнакомца. Нож упал на пол.
Вокруг было темно, свет давали только расставленные вокруг креста свечи на низких подсвечниках.
– Я вижу, ты готова к ритуалу, – продолжил Незнакомец.
Мычание.
– Прежде, чем я проведу его, я должен кое-что объяснить, – продолжил он.
Она замолчала, сверля его злым взглядом.
– Законы мироздания справедливы, – сказал Незнакомец. – Беда в том, что сейчас мало кто знает об их требованиях к человеку. А ошибок они не прощают.
Он принялся расхаживать мимо нее, как лектор. Она только сейчас заметила, что волосы у него светлые.
– У каждой женщины с рождения есть защита от внешнего влияния. Это девственность. Лишаясь ее, женщина открывает доступ темным силам к своей душе.
Он остановился и посмотрел на нее:
– Можешь считать меня такой темной силой, но я не демон, а человек.
Незнакомец снова принялся мерить шагами пол.
– Другая защита – замужество, причем с венчанием в церкви или иным подобным обрядом. Душа жены остается открытой только для мужа, и он, в свою очередь, защищает ее сны. Именно поэтому в былые времена венчание было единственным вариантом женитьбы. Именно поэтому женщины не допускали любимого к себе до свадьбы.
Он подошел к ней, указывая на нее пальцем:
– Ты своей защиты лишилась. И я могу напомнить тебе, когда и с кем ты это сделала.
Она не верила. Не желала верить. Потому что иначе пришлось бы согласиться с тем, что она не в силах что-либо изменить. Замычав в кляп, она принялась возиться на кресте.
– Я знаю, что ты говоришь, – сказал Незнакомец. – Ты говоришь, что не веришь в эту чушь, и что это твое дело, с кем ты трахаешься. Я не собираюсь убеждать тебя, мне это не нужно. А вот твои любовные похождения...
Он не договорил и засунул руку в карман.
– Это – кольцо власти, – объявил он, показывая ей огромный алмаз, ограненный в форме кольца. – В нем и будет заключена моя власть над тобой.
Она дернулась, вспомнив про ритуал. Крест стоял неподвижно.
– Ты все уже решила для себя, но я должен спросить. Ты отказываешься от власти кольца?
До нее дошло. Она рванулась так сильно, что крест качнулся. Она кричала в кляп, что отказывается, что не будет терпеть ничью власть над собой, но наружу прорывались лишь обрывки слов. От отчаяния слезы выступили на ее глазах.
– Что ж, слов отказа я не услышал. И да пребудет власть кольца над тобой отныне и навеки!
С этими словами он шагнул к ней и коснулся кольцом ее лба. Она ничего не почувствовала, но кольцо засветилось ярким белым цветом. Незнакомец сделал шаг назад.
– Я принимаю власть кольца над тобой в свои руки, – с этими словами он надел кольцо на палец, и посмотрел на свою рабыню.
Она не шевелилась, распятая на кресте. По щекам ее текли слезы.
– Твои похождения окончены, – сказал Незнакомец. – Властью кольца! Я запрещаю тебе трахаться с кем-либо, кроме меня! – он поднял руку к лицу.
– Как же она мне надоела! – сказал он, снимая маску.
Но она не успела увидеть его лица. Она лежала в своей постели, сжимая в руке бесполезный нож. Подушка была мокрой от слез.

Как ни странно, сны прекратились. Незнакомец не появлялся почти месяц. Помимо злости на него, она испытывала легкий дискомфорт. Скорее всего, он был вызван запретом Незнакомца. Она не желала подчиняться ему, а потому решила переспать с кем-нибудь. Но, чтобы не прослыть шалавой, решила подождать удобного случая. Он представился в начале октября, когда подруга праздновала день рождения. Предки благоразумно устранились на один день, и большая квартира была целиком в распоряжении молодежи.
Николай был симпатичным парнем. Он занимался плаванием и обладал сильной и стройной фигурой, что привлекало девчонок. Идеальная цель. После первого бокала вина она начала бросать в его сторону многозначительные взгляды. Это подействовало, и через десять минут Коля уже сидел рядом с ней, услужливо подливая ей вина. Она много не пила, но сделала вид, что опьянела, и позволила Николаю обнимать себя.
Легкое беспокойство она ощутила, когда они, целуясь, закрыли дверь в спальню. Чувство усилилось после того, как она стянула с Коли рубашку и дала ему расстегнуть на себе блузку. А когда они повалились на кровать, и партнер попытался снять с нее лифчик, она поняла, что так нельзя. Просто нельзя. Она помнила, что хотела переспать с Николаем, но это воспоминание стало казаться глупым, даже детским. Она вывернулась из его объятий и села на постели.
– Прости, – тихо сказала она, не желая обидеть Колю. – Ты можешь назвать меня последней стервой, но... я не могу.
Коля не ответил. Молча сел рядом, обнял, прижал к себе. Его рука коснулась ее груди, пальцы ласково нырнули под лифчик, поиграли с соском. Она не препятствовала.
– Нет? – спросил он, видя, что партнерша не реагирует.
Она покачала головой. Возбуждение ушло, в мыслях не осталось и тени влечения к Николаю.
– Я понимаю, – ответил он, убирая руки и отодвигаясь.
– Спасибо, – сказала она, поднимая блузку и выходя из комнаты.
Через полчаса настроение ее снова поменялось...

Ночь 5
– Сволочь! Скотина! Как ты посмел!!!
Она рвалась в цепях, лежа на боку в той же кровати, где прошлым вечером не состоялась ее попытка. Только на этот раз комната ей снилась. За окном был день, а вместо Николая рядом был Незнакомец, сидевший рядом с кроватью на стуле. Он был без маски, в другой одежде, но она не обращала на это внимания, пытаясь дотянуться до него, впиться ногтями в лицо, выцарапать глаза.
Толстая цепь охватывала ее пояс и, раздваиваясь, уходила к лодыжкам, позволяя лишь наполовину разогнуть ноги. Другая охватывала каждое запястье и крепилась к поясу за спиной. Спереди от пояса еще одна цепь тянулась вверх, оборачиваясь вокруг шеи и заставляя слегка сгибаться.
– Что ты со мной сделал?!
Она бы еще долго кричала на него, но обнаружила, что невольно оказалась на краю кровати. Испугавшись, что упадет, она отползла от края и села на кровати, поставив ноги коленями вверх. Можно было сесть по-турецки, но таких откровений она не хотела показывать Незнакомцу. А так даже грудь была прикрыта.
Незнакомец же на ее крики не реагировал. Но после того, как она уселась, спросил спокойным голосом:
– Помнишь про свое обещание? Сколько раз ты его нарушила?
– Не хочу я ничего слушать! – бросила она, поняв, о чем он говорит.
Ярость улеглась, осталась лишь тихая злоба. Она, наконец, обратила внимание на его внешность. Он выглядел старше ее. Ненамного, года на два-три. Красивый, почти блондин, с ровными, но не жесткими чертами лица. И что-то отличало его от ее друзей. В Незнакомце чувствовалась какая-то завершенность, будто он уже выбрал свой жизненный путь и давно идет по нему.
В этот раз он был одет под цвет волос, в бежевые рубашку и брюки.
В ответ на ее реплику он спросил:
– Ты готова каждую ночь орать на меня?
– Мог бы в самый первый раз заткнуть мне рот кляпом и все рассказать!
– Сколько раз повторять: не я связываю тебя!
– А кто же тогда?
– Что, дослушаешь до конца? – с легкой издевкой уточнил он.
– А у меня есть выбор? – она снова заводилась.
Незнакомец резко встал, запустив пальцы рук в свою шевелюру. С шумным выдохом он медленно обошел стул вокруг, затем посмотрел на нее. Она готова была поклясться, что он думает что-то вроде «Ну, почему с этими бабами так все сложно?».
– Давай я просто отвечу на твои вопросы, – предложил Незнакомец, снова усаживаясь на стул.
Она мрачно кивнула.
– Ты спрашивала, что я с тобой сделал. Это власть кольца. Приказы, которые я отдаю через него, ты не можешь не выполнить. Но это не принуждение, потому что твое мировоззрение при этом меняется. Ты считаешь выполнение приказа единственно правильным поступком. Причем, сам приказ тебе вовсе не обязательно слышать.
– Слабо верится, – ответила она.
– А случай с Николаем?
Она пожала плечами:
– Мне просто расхотелось.
– Хорошо, – ответил он. – Хочешь доказательств?
Она кивнула. Он улыбнулся.
– Простой пример. Ты могла бы сесть по-другому, но не хочешь лишний раз демонстрировать мне свои прелести, так?
Она снова кивнула, продолжая тихо злиться. Злиться на то, что она каждый раз предстает перед ним голой и связанной, и ничего не может с этим поделать.
– Приказываю! – продолжил Незнакомец. – Сядь по-турецки!
– Да щаз! – яростно выпалила она.
– Вот! – наставительно ответил он. – Сама отказываешься. Тогда так. Властью Кольца! Приказываю тебе сесть по-турецки!
Ей вдруг показалось, что лучше сменить позу. Не придется напрягать спину и пресс, да и равновесие на мягкой перине будет держать легче. А то, что он ее увидит – так это сущая мелочь, тем более, ей есть, что показать. Да и видел он уже ее. Она развела колени, скрестила лодыжки и села свободнее, облегченно вздохнув. Если бы еще снять с шеи цепь, чтобы можно было выпрямиться...
А потом до нее дошло, и она испугалась. По-настоящему. Рассказ Незнакомца о демонах, что подчиняют беззащитные души, воспоминание о ритуале и случае с Николаем, слова о том, что ей суждено быть рабыней – все это сложилось в одну простую мысль. Она УЖЕ стала его рабыней. Ему даже заставлять ее не надо, просто приказать. И любой приказ она выполнит сразу и с удовольствием. Ублажит его, выбежит нагишом на улицу или свяжет себя сама – все равно. Никакой стыд этому не помешает – его попросту не будет. И понимание этого наполняло душу темным липким страхом. Она даже забыла, в какой сидит позе – смотрела на него затравленным зверьком, боясь пошевелиться.
Ее страх не укрылся от Незнакомца.
– Час от часу не легче! – воскликнул он. – Ты снова меня боишься.
Он чуть наклонился вперед и, глядя ей в глаза, тихо спросил:
– Ну, что я тебе плохого сделал? Хоть раз тебя тронул?
– Ты... – голос дрожал. – Ты... заковал меня.
Он хотел что-то ответить, но не стал. Облокотился на спинку стула и некоторое время молчал.
– Хорошо, – сказал, наконец, он. – Понимаю, у тебя легкий шок, но, надеюсь, хуже уже не будет.
От страха не хотелось даже думать о том, что он имеет в виду.
– Посмотри на свои цепи, – неожиданно предложил он. – Ничего необычного не замечаешь?
Она осмотрела пояс, лодыжки, но ничего не заметила.
– Замки, – подсказал он. – Ты видишь хоть один замок?
Она снова посмотрела на ноги.
– Ты скована ОДНОЙ цепью. У нее нет концов, она просто раздваивается где надо, а затем срастается. Более того, на звеньях цепи ты не найдешь стыков. Каждое из них – цельный овал. Цепь на тебе изначально.
То ли страх притупил ум, то ли усталость давала о себе знать, но последних слов она не поняла.
– Как это, изначально? – решилась спросить она.
– Каждую ночь твое подсознание строит новый мир, в котором сон и протекает. И когда ты засыпаешь, мир проявляется сразу, вместе с тобой. Эта цепь не нуждается в замках, потому что ты сама сделала ее такой. И стала обнаженной и скованной одновременно с возникновением этого мира. Так было и в прошлом сне, когда ремни кляпа не имели застежек, и в позапрошлом, когда на твоих веревках не было ни одного узла. Именно поэтому меня твои сны и привлекли.
Удивляться уже не получалось. Она понимала, что Незнакомец говорит правду, и принимала его слова как-то очень легко. Страх уходил, но и злость не возвращалась. И оставалось только верить.
– Дело в твоей скрытой склонности, – продолжил Незнакомец. – Склонность к рабству в реальности ты еще не ощутила, но она заставляет твое подсознание строить сны, в которых ты связана, скована, лишена возможности ходить, видеть, говорить... Такие сны снятся тебе нерегулярно, но они снятся. И они слишком глубокие, чтобы ты запоминала их. Я же заглядываю в твои сны каждую ночь. И если тебе снится такой сон, если меня устраивает его сценарий, я захожу в него своим сознанием и пробуждаю твое.
Он умолк и оглядел ее.
– Помнишь про законы? Помнишь, что я говорил про венчание. Совершив обряд подчинения, я встал на защиту твоей души, а твое рабство – вполне справедливая оплата.
Он помолчал и добавил:
– Я все сказал... Не прошло и года...
Некоторое время они молчали. В ней боролись два чувства. Нежелание верить его словам и понимание того, что все сказанное – правда. И обиднее всего то, что это ее судьба, которую она выбрала по незнанию.
– Что будет дальше? – тихо спросила она.
– Я заберу тебя в реальности. Не сейчас, позже. Мне надо доучиться, да и тебе высшее образование не помешает.
– Четыре года ждать? – на глазах выступили слезы. – Да я с собой покончу от страха!
Она умоляюще посмотрела на него. Он улыбнулся и достал кольцо, светившееся ровным белым светом.
– Властью Кольца! Приказываю до нашей следующей встречи не вспоминать о наших разговорах! Приказываю за следующий год изучить на досуге тему BDSM и в дальнейшем регулярно практиковать самоневолю! Но не причинять себе непоправимого вреда!
Слова падали прямо в душу, вызывая в ней странное чувство умиротворения. У нее появлялась цель в жизни...
– Приказываю держать это в тайне, никого не посвящая! Приказываю держать свое тело в спортивной форме!
...тайная цель. Но кроме этого, она всегда будет выглядеть привлекательнее своих подруг...
– Запрещаю курить, принимать наркотики...
...ведь она не будет испорчена алкоголем и сигаретами...
– Учись прилежно, но без фанатизма. Расширяй кругозор, научись готовить...
...и будет гораздо умнее и прилежнее их...
Приказы и запреты сыпались один за другим, и каждый из них усиливал бурю светлых чувств, что бушевала в ней.
Он закончил:
– Приказы и запреты вступают в силу после того, как ты проснешься.
И буря улеглась. Она сидела на кровати потрясенная, осознавшая, что эти рамки, в которые загнал ее Незнакомец, нисколько не будут мешать ей. Наоборот, они направляли ее, оберегали от необдуманных поступков, делали ее лучше.
Впервые с момента их знакомства она ощутила спокойствие в душе.
– Прежде, чем ты уйдешь... – тихо сказала она. – Ты ни разу не назвал меня по имени и не назвал мне своего.
– Твое имя я знаю, – мягко ответил он. – А мое ты не вспомнишь до нашей следующей встречи.
– Я понимаю, – кивнула она. – Но хочу его услышать его именно сейчас.
Незнакомец улыбнулся.
– Хорошо. Ты не будешь его помнить, но каждый раз, когда услышишь его, в тебе будет просыпаться тень воспоминания обо мне. Меня зовут...

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную