eng | pyc

  

________________________________________________

Erwe
Я
-ТАНЯ-Я

Я
Звали его Бубубу. Имечко весь пиздец, он из Мали или Занзибара, я всегда забывал уточнить, в общем, черножопый негр, здоровый как лось, вечно лыбится и резинку жуёт. Чего ему не ржать, живёт в общаге как король, комната отдельная, комендантша ему раз в три дня постельное бельё меняет. Денег у парня хоть лопатой греби, у него то ли папанька, то ли дедулька местный вождёк. Чего вообще в общежитии поселился, говорит, родственнички настояли, мол, надо жить в Москве среди людей, а не на хате съёмной. Хуй поймёшь, какие нравы у этих африканцев.
Но парень он добродушный, взаймы дать бедным студентам всегда готов, но под грабительский процент – под треть от суммы. Какой дурак придумал, что евреи главные ростовщики?
Ноябрь был, самый разгар сессии, с деньгами у меня совсем худо стало. Летом на Сахалин ездил в рыбацкую бригаду, думал, денег заработаю на весь год. Заработал… Кинули, суки, не на всё, правда. Я, когда бригадира за шкирман взял и начал в море топить, он мне половину отдал. За обучение заплатить хватило, а остальное – извиняйте. Родители мои в Оренбурге живут, сами еле концы с концами сводят, я уже сто раз пожалел, что в университет поступил. На первом курсе полегче было, у меня земляк нашёлся, у него бригада КВНщиков, на корпоративах пляшут да танцуют, я там подвизался, песенки дурным голосом пел, народу спьяну всё едино, что Карузо, что Барыкин. А сейчас в конторах жим-жим, денежки считают, так водку квасят, без артистов. Уж осень почти прошла, а ни одного выступления. В общем, деваться некуда, пошёл я у Бубубу денег до новогодних праздников занимать.
Суббота, вечер, общага пустая, девки по ёбарям разбежались, мужики кто куда. У негритоса между комнатой и коридором небольшой тамбур с душем и туалетом, стучаться у нас не принято, не царский дворец, я и ввалился по-простецки.
О-па-на! Бубубу методично долбил знакомую до боли жопу.
Эту жопу я узнал сразу, хотя ни разу не видел её голой. Извиняюсь за пошлый цинизм, в эту женщину я был горячо и безнадёжно влюблен. Нет, не стоит врать, слово «влюблён» здесь не подходит. Я хотел её трахать, в любом месте, в любом положении, в любое время. Я смотрел на неё во время семинарских занятий и мысленно раздевал, иногда унижая, иногда восторгаясь. Я назвал её для себя «Снежная Королева». Она и была королева – красивая, породистая, недоступная, я видел несколько раз, на каких тачках за ней приезжали дядьки забрать из университета. Куда уж мне, студенту из Оренбурга, нищему, как зимний воробей.
Я достал телефон и начал фотографировать сцену.
– Зайды потом! – недовольно пробурчал Бубубу. – Нэ видиш, я занат!
Снежная Королева медленно повернула голову и посмотрела на меня.

Таня
Когда это началось? Я училась на четвертом курсе, отец профинансировал полугодовую стажировку в Лондоне. В Англии учится моя подружка Ленка, я поселилась в её квартире. На Рождество Ленка с бойфрендом отправились кататься на лыжах в Швейцарию, меня не пригласили, напрашиваться не в моих правилах, в общем, на Новый Год в Лондоне я оказалась одна.
Я проходила стажировку в технологическом колледже, такое новомодное учебное заведение для всяких новых – русских, китайских, малайских и прочих, страшно дорогостоящее и довольно бестолковое. В моей группе учились исключительно китайцы и украинцы, взаимопонимания у меня с ними не сложилось.
Тридцать первого декабря около восьми вечера я уже готова была лезть на стенку от скуки и тоски. Я вышла прогуляться. На улицах ни души, погода мерзкая, дождик, ветер. Я возвращалась домой, когда увидела негра, торгующего мороженым. Мне стало смешно: в такую погоду мороженое.
Негр был сизый от холода.
– Тебе хорошо, – вдруг сказал он на ломаном английском, почувствовав мой взгляд. – Ты – белая, у тебя сейчас будет вкусный ужин в тёплой квартирке.
– Тебе негде ночевать? – спросила я.
– Негде, – сказал негр и нагло уставился на мою грудь.
Я не знаю, что со мной произошло. Я воспитанная девочка из приличной семьи, мой папа крупный бизнесмен, мама преподает сольфеджио в музыкальной школе. У меня два года были отношения с мальчиком, мы расстались незадолго до моего отъезда в Лондон, спокойно, без надрыва, чувства иссякли. Я не склонна к авантюрным поступкам, иначе родители не отпустили бы меня в другую страну. Наверное, вдруг проснулась бабья жалость.
– Пойдём ко мне, – сказала я.
– Пойдём, – сказал негр.
– У тебя можно принять ванну? – спросил негр, когда мы вошли в квартиру. – Очень замёрз.
– Можно, – я налила себе мартини с соком. Что за дурь приключилась со мной?! Теперь ведь его и не выставишь.
– Ты травку куришь? – обнаженный негр стоял посреди комнаты, нужный предмет в поднятом состоянии.
– Я вызову полицию, – сказала я.
– Зачем полицию? – сказал негр. – Ты хочешь групповуху?
Он обнял меня за талию и поцеловал в губы.
От отымел меня на столе, потом в кровати, потом под столом, потом на полу, потом в ванне, потом опять в кровати. Когда я уже ничего не соображала от вожделения, он порвал мне анус. Утром я посмотрела на него и подумала: «А я ведь даже не спросила, как его зовут».

Я
Фотки были клёвые. Я рассматривал их весь субботний вечер и всё воскресенье. Снежная Королева, извивающаяся под негритянским членом, впечатляла. Я был готов представить её с кем угодно, но только не с вонючим негром из общаги. Это, конечно, гадкое чувство, радоваться, когда красивая тёлка в твоих лапках, но приятное.
Завтра понедельник, завтра у меня второй парой семинар по английскому, который ведёт глубокоуважаемая Татьяна Владимировна Никитина, она же Снежная Королева. Сильно сомневаюсь, что она помнит, как меня зовут. В лучшем случае, фамилию. Интересно, какая будет первая реакция? Удивится, остолбенеет, будет преподавать, как в ни чём не бывало?
Я решил не составлять план действия. Важна первая реакция, тогда можно понять, чего от неё добьешься.
Первая реакция оказалась вполне обнадеживающей. Снежная Королева резко взглянула на меня и также резко отвернула голову в сторону. За время занятия я несколько чувствовал на себя её внимательный взгляд.
«Деньги будет предлагать, – подумал я. – Деньги это хорошо, я не откажусь».
Ощущение власти постепенно наполняло меня. Подумать только, всего пару дней назад я и не мечтать не мог, что когда-нибудь пересплю с этой женщиной, а сейчас, фактически, у меня есть все возможности сделать её своей рабыней. Аморалка, конечно, не играет в наше время большого значения, но всё равно, выложенные в интернете фотографии университетской дамы, которая трахается с негром – такой удар по репутации! И возможно, не только по репутации. Ведь что-то же привело Татьяну Владимировну в эту комнату в общежитие, какая-то тайна или какой-то глубоко скрытый порок. Я чувствовал себя следопытом, который может разобраться в этой бездне, скрывающейся за ослепительным обликом благородной особы.
– Толоконников! – произнесла Снежная Королева, когда отзвенел звонок на переменку. – Виктор?!
– Да, Татьяна Владимировна, – я поднялся с места.
– Задержись, – деловым тоном сообщила она. – Мне нужно с тобой поговорить.

Таня
Я знала, что когда-нибудь это плохо закончится. Тот негр, в Лондоне, ушёл утром, отказавшись от предложенного кофе.
– Одолжи пятьдесят фунтов, – попросил он. – Я отдам через два дня.
Разумеется, он больше не появился.
Я вернулась в Москву, окончила университет, меня взяли на кафедру иностранных языков, я собиралась замуж, мой жених Павел делал головокружительную карьеру в МИДе, хотя всего на четыре года старше меня. Я осваивала езду по московским улицам, родители в честь диплома подарили мне уютную «Мазду». Я проезжала по Маросейке, когда увидела беспечно улыбающегося негра с плакатом: «ПОМОГИТЕ ХРИСТА РАДИ КУШАТЬ НЕЧЕГО».
Я расхохоталась и остановила машину.
– Могу помыть тачку, – негр распахнул дверцу и уселся на пассажирское сидение. – Шампусик за твой счёт.
Нелепое чувство раздвоения, в точности, как тогда в Лондоне, охватило меня. Мне казалось, будто я смотрю со стороны на эту странную женщину, так не похожую на мой внутренний мир, готовую беспрекословно выполнять любое приказание.
Мы остановились возле магазина, негр взял у меня деньги и сходил за выпивкой. Потом мы приехали в какую-то халупу, где, видимо, он жил, и пили шампанское. Точнее, он пил, а я делала ему минет. Потом появились ещё двое, таких же черных, и до позднего вечера я скакала на их хуях.
Наверное, это болезнь, только непонятно, к какому врачу обращаться. Это страстное желание быть чужой вещью, безропотной и беспрекословной, всегда появлялось внезапно, без всякой связи с внешними обстоятельствами и тем более без всякого мотива. Общим было лишь одно – это желание вызывали чернокожие.
Я десять лет веду эту двойную жизнь. Я рассталась с женихом Павлом под благовидным предлогом, родители были не очень довольны, но они уважают право собственной дочери на выбор. Я живу одна, время от времени для приличия я завожу романы с приятными доцентами из нашей университетской среды, но, по большому счёту, все мои дни и ночи посвящены ожиданию того мига, когда мне прикажут снять трусы и встать раком на столике.
Итак, как зовут этого сволоча, который сфотографировал меня в общежитии? Я посмотрела в журнал семинарских посещений. Виктор. Сам никакой, но имя многозначительное. Чего же ты хочешь, победитель в замызганных джинсах?

Я
– Нам надо поговорить, – сказала Снежная Королева.
– Разумеется, – ответил я, старательно сохраняя хладнокровие, хотя сердце бешено заколотилось от увлекательности предстоящего.
– Не здесь, – добавила королева. – Приходи в девять вечера ко мне домой, – она протянула листок с адресом.
Снежная Королева жила в Крылатском. Я посмотрел по карте – минут десять-пятнадцать пешком от метро. Я приехал в общагу – помыться, одеться понаряднее. По коридору шёл Бубубу, как обычно, жевал резинку и лыбился на весь свет.
– Чего заходил? – спросил он.
– Соль попросить, – сказал я.
– Сол? – рассмеялся негр. – Ну, ты шутник!
«Итак, что мы имеем, – думал я, нахлёстывая себя холодной водой в душе. Мы имеем преподавателя университета Татьяну Владимировну, умницу и красавицу, которую какие-то обстоятельства толкнули в общежитскую койку негра. Например, долговые обязательства. Тогда она вполне могла пожаловаться тому, перед кем у неё долговые обязательства, и в Крылатском вместо красивого секса меня ждёт избиение до полусмерти».
Страшно? Я перебираю вещички в своём шкафу. Да, для светской вечеринки гардеробчик у тебя небогатый.
«Не страшно, – подумал я. – Если она должна, она не будет жаловаться, зная, что ей ответят: милая, это твои проблемы».
Власть – скользкая дорожка, я иду от метро в стороны улицы, указанной на листочке с адресом. Я совершенно не понимаю, что мне делать с этой вдруг свалившейся на меня властью. До поступления в университет, в Оренбурге у меня была девчонка, туповатенькая по сравнению с московскими чиками. С ней был секс, обычный, пожалуй, даже скучноватый. В Москве было несколько проституток, но тоже как-то на бегу, одна даже мне сказала: «У тебя время заканчивается, давай-ка поживее, а то доплачивать придётся за лишний час». Между прочим, я первый раз остаюсь у москвички на ночь.

Таня
Я решила одеться, как шлюха из борделя. Белые чулки, прозрачный пеньюар на голое тело и туфельки. Ни трусов, ни лифчика. Мальчик ведь совсем молоденький, лет девятнадцать. Несомненно, он понятия не имеет, как нужно обращаться с женщиной.
Меня интересуют две вещи. Нахлынет ли на меня наваждение, как это бывало с чернокожими. И, если не нахлынет, то смогу ли разбудить в себе похоть, мне ведь некуда деваться, мне эти фотографии в интернете совершенно ни к чему.
– Привет! – я открыла дверь. – Рада тебя видеть!
– Здрасьте! – неуклюже поздоровался он. – Обувь снимать?
– Снимать. Вот тапочки.
«Стесняется, – подумала я. – Забавно!»
Он сидит в кресле в гостиной, я стою перед ним. Он внимательно рассматривает меня. Наконец я произношу:
– Ты пьёшь коньяк?
– Пью, – хрипло говорит он.
Я наливаю в бокалы «Хеннесси»:
– Называй меня Таня.
Он краснеет как девушка:
– Хорошо.
– Как ты предпочитаешь, сначала поцелуй, а потом минет или наоборот?
– Наоборот, – не слишком уверенно говорит он.
Я расстегиваю ему джины и достаю член. Как забавно, управлять собственным желанием. Через некоторое время он хватает меня за уши и бурно кончает в рот. Я поднимаюсь на ноги:
– На брудершафт, мой победитель!

Я
Мы лежим в постели и болтаем. Таня пристроилась между моих ног, время от времени она облизывает мне член.
– Пятьдесят четыре негра за десять лет, это круто! – говорю я. – Наверное, они слились у тебя в одну большую чёрную маску.
– Лиц не помню, – смеется Таня. – Одни хуи.
– У тебя нет девушки, почему? – спрашивает она.
– Ты не поверишь, – говорю я. – Я стеснительный.
– Отчего же, верю, – говорит Таня. – Это не такое плохое качество. Когда-нибудь найдётся та, кто это оценит. Если тебе, конечно, это нужно.
– Не знаю, – говорю я. – Пока мне нужно отодрать тебя в сраку.
– Я не против, – Таня забирается на мой кол. – Мне нравится, когда мною помыкают.

Таня
Виктор уехал на занятия. Я отмокаю в ванне. Любопытно, это первый ёбарь за десять лет, которого я знаю по имени. Может быть, старею?
Я решила сыграть в рискованную игру. Я не стала просить уничтожить фотографии, а ночью, когда он спал, положила в карман его джинсов пятьсот долларов. Надеюсь, он поймёт, что я предлагаю дружить.
Не могу сказать, что он очень понравился мне в сексе. Пожалуй, быстро устает для его возраста. Произошло нечто более важное. От начала до конца я всё сделала сама – я сама разбудила в себе похоть, я сама вела себя как последняя блядь, я больше не видела со стороны эту ватную куклу, которая визжит от восторга при проникновении чёрного члена. Наступила цельность вместо раздвоенности, и пусть эта цельность лежит за пределами общепринятой морали, мне наплевать. Значит, такая у меня сущность – быть развратной сучкой. Теперь интересно понять, превратится ли у мальчика эта увлекательная игра в жизнь?
Во время моих практик с неграми я нечасто попадала в групповухи с другими тёлками. Однажды, когда меня пялили втроём на каком-то грязном диване в Беляево, на четвереньках вползла довольно смазливая брюнетка, её звали Элис. Мы слегка полесбиянили, я не была в восторге, по мне нет ничего лучше твёрдого мужского члена, но, прощаясь, обменялись телефонными номерами, всё-таки отныне молочные сестрички. Элис младше меня лет на пять, как я догадываюсь, замужем и занимается этими шалостями из корыстных интересов.
Я позвонила ей:
– Давно не виделись. Не хочешь выпить чашечку кофе?
– Давай, – сказала Элис. – Я работаю на Таганке, приезжай к семи вечера в «Шоколадницу» напротив кольцевого метро.
– Ну, не знаю, – сказала Элис, выслушав моё предложение. – Я без презерватива как-то побаиваюсь…
– Мне нужна натуральность. Страсть и похоть, презерватив же сразу покажет, что дело нечисто. Не волнуйся, у мальчика всё в порядке, впрочем, как и у меня. Я добавлю тебе для успокоения нервной системы.
– Хорошо, – сказала Элис. – Мой рогатик очень кстати на следующей неделе уезжает в командировку. Дочку отправлю к бабушке. Так что жду звонка. Лямур де труа у тебя дома или в отеле?

Я
Таня рекомендовала посмотреть фильм «Последнее танго в Париже». Я посмотрел, не очень похоже на нашу историю. Она всерьёз решила взяться за моё образование. Я не против. На днях в гулкой главной аудитории факультета я давал ей в рот. Таня так смешно чмокала, когда глотала мою сперму.
Последнее время я ловлю себя на странном ощущении. Мне кажется, будто я живу во сне. Трахаю Снежную Королеву когда хочу и как хочу, у меня завелись карманные деньги, я господин своей жизни. Но если я проснусь, кто я – опять нищий зимний воробей с истфака?
– Вечером будет сюрприз, – сказала Таня.
«Вот интересно, – подумал я, – опыты всегда ставят на мышах. Значит, предполагается, что у мышей есть какие-то мозги, иначе как транслировать их поведение на человека? Но когда мышь жрёт сыр перед мышеловкой, разве у неё есть мозги? Или это сближает её с человеком?»
Дверь открыла чуть полноватая брюнетка.
– Привет! – сказала она. – Я Элис, двоюродная сестра Тани. Да ты проходи!
– А где Таня? – спросил я.
– Её в университете задержали, скоро будет. Открой бутылку вина.
– В Москве живёшь? – спросил я.
– Нет, в Костроме, к Тане в гости приехала. Достало меня в школе работать, – Элис сделала страшные глаза. – Я злая училка математики.
– Ну, тогда за училку! – я разлил вино.
– Спасибочки! – Элис отпила из бокала и примостилась ко мне на колени. – Слушай, пока Тани нет, трахни меня, пожалуйста. А то меня муж совсем не эбэ.
Мы сидели, развалившись в креслах, пьяные, голые и весьма довольные собой, когда пришла Таня.
– Не могли меня подождать, развратники, – недовольно произнесла она. – Элис! Будешь наказана!
– Слушаюсь! – та проворно встала на четвереньки.
– Лезь под стол! – приказала Таня. – И высоким мелодичным голоском повторяй: я – зайчик, зайчик, зайчик, я в жопу не даю.
– Уже дала, – зевнув, не согласился я.
– Я мужу не даю, – поправила Таня. – Вперед, овца, выступление на бис!

Таня
Мне кажется, Элис была не очень довольна, когда посреди разгула я воткнула ей в задницу фаллоимитатор и опрокинула на голову торт. Впрочем, это её проблемы, оплачено.
«Хорошая шлюшка, – сказал Виктор, когда мы остались вдвоём. – У тебя много таких?»
– Таких можно находить, – сказала я. – Это не так сложно и, в общем-то, не так дорого.
– Тебе нравится покупать людей? – спрашивает он.
– Деньги, как любое искушение, раскрывают внутренний мир человека. Не всегда, но как правило. Впрочем, это из категории философствования, не женское дело. У меня есть предложение поинтереснее.
– Какое? – мне кажется, Виктор начинает побаиваться меня.
– Я выхожу замуж, – выдержав небольшую паузу, произношу я. – Не волнуйся, не за тебя.
– А за кого? – спрашивает он.
– Один милый дядя. Он давно ухаживает за мной, я иногда с ним сплю, он мой официальный любовник. Он, кстати, женат. Поэтому ты трахнешь его жену, он вас застукает, сгоряча разведётся и женится на мне.
– Отличный план, – говорит Виктор. – Только мне это с какого перепугу?
– Для того чтобы дальше ебать меня, но уже в качестве замужней женщины, – я обнимаю его и нежно целую. – Или я больше тебе не нравлюсь, мой господин?

Я
Я зашёл в гости к Бубубу.
– Ты если деньги попросить, – сказал негр, – больше чирика не могу. У самого сейчас не очень.
– Слушай, ты с месяц назад тут одну блондинку драл, такую фигуристую. Ты где с ней познакомился?
– Блондинку? – негр нахмурил лоб. – Не помню. Может, на улице снял, может в кафе. Не помню точно. Понравилась тёлка?
– Как ты их снимаешь? – спросил я. – Эта вроде не шлюха из подворотни.
– По блеску в глазах, – сказал Бубубу. – Белые бляди любят с нами трахаться. Мы для них что-то вроде гладиаторов или обезьян, уж точно не люди, так – говорящий хуй. Ты думаешь, что ебешь её, а на самом деле это она тебя имеет, позволяет с чёрными такое, о чём постеснялась бы попросить белого. А мимо будет проходить и не заметит, посмотрит сквозь, будто ты пустое место.
– Ты уже не перебирай, – сказал я. – Не все так думают.
– Я не обижаюсь, – сказал негр. – Как там у вас говорится: каждый сверчок должен знать свой шесток. Если деньги будешь занимать, по сорок процентов, извини, трудные времена.
«А ведь Таня за бедного замуж не выйдет, – подумал я. – Статус не позволяет. Как русские графини во время эмиграции – в поломойки не пошли, в проститутки без проблем».
«А ты-то сам кто, – размышляю. – Ну, откажись от Снежной Королевы. Будешь на последние копеечки умасливать какую-нибудь уродину в «Макдональдсе», так ведь ещё и не даст, тварь, чувства ей нужны, жопе толсторылой. Через три года закончу учебу, поеду в Оренбург, в школе учителем истории работать. Великое, блядь, счастье – диплом столичного университета, на стенку повесить и самому рядом повеситься».
Это ненормальная жизнь – то, что мне предлагается. Это онанистические фантазии, которые перекочевали в реальность. А превратиться в убогое быдло, прячущее заначку от жены и тихо пьющее по выходным, это что намного лучше или это нормально? Я чуть не завыл от жалости к самому себе. Что мне, собственно, терять? У меня даже цепей нет.

Таня
Идея про замужество возникла произвольно, но всё больше мне нравилась. Во-первых, давно пора замуж, уже тридцать два года. Я не бедствую, отцовская компания отчисляет мне хорошие дивиденды, но отец стареет, ему очень нужен наследник, я же единственный ребенок в семье. С этой точки зрения, мой любовник Андрей Петрович идеальная кандидатура. Сорок три года, ведущий профессор экономического факультета, в кроватке, конечно, вяленький, особенно учитывая мои запросы, зато голова светлая. Отец будет счастлив.
Мальчик же постепенно превратится в нечто среднее между сообщником и лучшей подружкой. Если станет слишком назойлив, от него можно избавиться и подобрать другого мальчика. Или несколько, чтобы конкурировали между собой. Я посмотрела на себя в зеркало: интересная эволюция от негритянской подстилки к Снежной Королеве.
Я обратилась в самое дорогое частное сыскное агентство.
– Мне нужна вся подноготная вот этой дамы, – я сообщила имя и фамилию жены Андрея и всё, что о ней знала. – Сколько вам понадобится времени?
– Неделя, может быть, две, – ответил сыщик. – Вас интересуют подробности интимной жизни?
– Разумеется, – сказала я. – В первую очередь.
Сыщик перезвонил через несколько дней и предложил встретиться.
– Довольно заурядная жизнь профессорской жены, – сказал он. – Есть, правда, одна бяка, которая, вероятно, заинтересует вас.
– Что именно? – спросила я.
– В среднем раз в месяц вышеуказанная особа отправляется на пару дней проведать маму в подмосковной Балашихе. На самом деле она едет в квартиру своей давней подруги в Отрадном, где иногда одна, иногда они вместе заказывают мальчиков из соответствующего агентства. Последние пять лет пользуются услугами одного и того же заведения, цены там средние, мальчики, соответственно, тоже среднего качества. Обычно студенты, которые подрабатывают во время учебы. У дам не очень хорошо с финансами.
– Любопытно, – сказала я. – При живом-то муже.
– В жизни много странностей, – равнодушно сказал сыщик. – У вас есть конкретные пожелания?
– Вы можете устроить так, чтобы когда вышеуказанная особа в очередной раз закажет себя мальчика, поехал именно тот, которого я предоставлю?
– Думаю, что да, – сказал сыщик. – У нас на это агентство есть кое-что, нам легко будет договориться об оказании столь незначительной услуги.
– Прекрасно. Тогда обсудим меркантильную сторону вопроса.

Я
Как тебя зовут? – спросила женщина.
– Павел, – сказал я.
– Мне нравятся блондины, – застенчиво улыбнулась женщина. – Ты не пьешь?
– Нет, – сказал я. – А что?
– В прошлый раз мы с подругой двух твоих товарищей пригласили, – затараторила женщина. – Они так напились, совсем про нас забыли.
– Не волнуйтесь, – сказал я. – Спортсмен, не пью.
– Давай на ты. Меня зовут Люда.
– Хорошо, Люда, – я расстегнул ширинку и достал член. – Начинай-ка ты, милая, сосать.
В какой-то момент мне даже стало её жалко. Простая баба, наверное, мужа любит, обихаживает его, ну, вырывается порой на блядки, с кем не бывает, дело житейское. Надо же ей было попасть в зону интересов Снежной Королевы. Я посмотрел на часы. Через несколько минут войдет её благоверный. Входную дверь я предусмотрительно открыл, когда прогуливался в туалет. Я поставил Люду в позу «прачки» и принялся разрабатывать её анальное пространство.

Таня
– Шрамы украшают мужчину, – я нежно поглаживаю яйца Виктора. – До свадьбы заживёт.
– До твоей свадьбы? – Виктор капризничает, как недотраханная девушка. – Не ожидал, что господин профессор окажется таким сердитым.
Я тоже не ожидала, что измена жены разбудит в Андрее Петровиче зверя. Он отлупил неверную супругу до посинения, Виктору тоже перепало, после чего примчался ночью ко мне и нудно плакался в жилетку. Утром я кое-как выставила его, проинструктировав во всех подробностях, как следует начинать развод, и, наконец, позвала своего победителя.
– Обещаю торжественный минет перед самим бракосочетанием, – сказала я. – А потом поездку на море.
«Смотри, как бы не улететь к звездам, – подумала я. – Осторожнее на поворотах, Снежная Королева. Уж слишком легко ты стала крутить своими мужчинами. Не пора ли поунижаться перед очередным черномазым?»
Строго говоря, я не требую для себя ничего сверхъестественного, я поправляю вуаль невесты в комнате отдыха центрального ЗАГСа. Насколько мне известно, человеческая история начиналась с матриархата. В этом есть божественная логика, поскольку женщина – существо куда более ответственное и неукротимое в своих поступках. Если я сильнее духом окружающих меня мужчин, гладиаторы не в счёт, значит, я и должна быть главной. В ниспадающей вниз пирамиде моей жизни им следует занять подобающее место. Думаю, что в результате они будут счастливы.
Отец и Андрей чинно беседуют в главном зале дворца бракосочетаний, ожидая, когда я закончу приготовления. Сейчас в комнату отдыха воришкой проскользнёт Виктор, я сделаю ему обещанный минет и радостно отправлюсь под венец.

Я
Третью неделю загораю на кубинском курорте Варадеро. Купаюсь в океане, жру лобстеры, трахаю мулаток. Мулатки мне, кстати, не очень, торопыги, напоминают швейную машинку.
Я много думал за это время. Я начинал господином Снежной Королевы, а оказался ее слугой. Наверное, это хорошо и комфортно, но это – не мое.
Я часто рассматриваю фотографии, на которых Таня ебётся с Бубубу. Я сохранил их на память.
Но я не намерен расставаться с тобой, Танюша. Я отдохнул и полон сил начинать новый виток игры. Поэтому когда я вернусь в Москву, после жарких лобзаний и страстных поцелуев, я невзначай предложу: «Не пора нам, милая, натянуть на мой член девственную попку твоего мужа…»

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную