eng | pyc

  

________________________________________________

Derek
НЕУДАЧНОЕ ЗНАКОМСТВО
 

Анька медленно брела вдоль стоянки, выискивая глазами что-то, чем можно было бы поживиться. Её длинная, драная, засаленная и пропыленная юбка мела асфальт, а большой пластиковый пакет, наполненный пустыми бутылками и картоном, бил по ногам при каждом шаге. Анька очень устала, испепеляющая июльская жара пропитала всю её одежду густым и липким солёным потом, да к тому же её мучило дикое похмелье.
И, тем не менее, она бродила по стоянке, выискивая глазами Его. С ним она встретилась месяц назад, здесь же, когда искала кого-то, у кого можно было бы разжиться мелочью. Намётанный глаз Аньки, привыкший по беглому взгляду определять, что из себя представляет случайный прохожий, в этом случае ничего определённого не смог сказать о встретившемся ей человеке. Довольно высокого роста, с молодым лицом, он казался бы юношей, если бы не едва заметные серебряные прожилки в волосах и морщинки в уголках глаз.
Но всё это было не так важно, намного более важным было то, как он смотрел на Аньку. Она давно привыкла к таким взглядам, и они не являлись для неё чем-то неожиданным, так же смотрели на неё и Витёк, и Олежек, и даже дворник Николаич, в чьей подсобке она провела немало времени, лёжа на спине. Но все они были такие же, как она. От кого-то же, кто ставит на стоянку супермаркета большую сверкающую машину, Анька ожидала увидеть такой взгляд меньше всего.
Она не знала, кто этот человек и что здесь делает, но увидев его месяц назад, и поймав на себе несколько раз его пристальный взгляд, решила использовать его интерес себе на пользу. Мужчины не смотрят на женщин таким взглядом просто так, а если уж смотрят, то женщины получают над ними практически ничем не ограниченную власть. Как знать, может и получится из него что-нибудь выудить.
От сладких мыслей Аньку отвлёк звук мотора, она оглянулась и увидела, как на стоянку въезжает знакомое ей авто. Её сердце забилось чаще, но она постаралась взять себя в руки и твёрдым шагом направилась в сторону автомобиля.

Майк вырулил на стоянку, заглушил мотор и закурил. Пальцы его слегка дрожали, однако через две-три глубокие затяжки это прошло. Он не успел скурить сигарету и до половины, когда дверь напротив пассажирского сидения открылась, и в салон заглянуло улыбающееся лицо бродяжки.
– Привет. Можно к тебе?
Майк попытался изобразить удивление, но передумал и улыбнулся в ответ.
– Конечно, присаживайся, – он кивком головы указал на сидение, – я надеялся, что ты решишься раньше.
– Вот даже как, – Анька плюхнулась на сидение, с блаженством расслабляясь под холодными потоками воздуха из кондиционера, – мог бы и сам подойти, раз так.
– Я не думал, что это уместно. Ты же всё-таки не проститутка.
– Нет, не проститутка, – Анька тряхнула своими светлыми волосами, рассыпая их по плечам, явно надеясь, что это выглядит соблазнительно, – но вас, богатеньких красавчиков, потрясти можно, – она рассмеялась, показывая зубы с чёрным, въевшимся налётом, перед которым была бессильна любая щётка. – Ладно, к делу, я знаю, что тебе нужно, и предлагаю исполнить твоё желание за двести баксов.
Анька вопросительно посмотрела на Майка, который улыбнулся уже вполне искренне.
– Но ты не знаешь, что мне нужно.
– Знаю прекрасно, я же видела, как ты месяц на меня зырил.
– Но я не хочу с тобой спать.
– Да пофиг, чё ты хочешь. По-любому извращенец. За двести баксов я твоя.
– Ты даже не спросишь, что именно мне нравится?
– Ну, испугай, – Анька пожала плечами. – Я догадываюсь, что какая-то подляна будет, но иначе ты бы на меня и не глянул. Твои-то фифы, наверное, от твоих хотелок в обморок падают.
Майк затянулся последний раз и выкинул окурок в окно.
– Я бы хотел тебя связать.
– А потом?
– Ничего потом, просто связать.
– И только-то? – Анька разочарованно мотнула головой. – Связывай, мне ваще пофиг. Ну, поехали что ли, – она назвала свой адрес, следя, как Майк запускает двигатель.

Квартира Аньки встретила их затхлостью и кислым запахом давно не стиранных вещей. Майк слегка скривился и, с трудом найдя в ворохе разбросанных на продавленном диване вещей свободное место, присел.
Анька, не долго думая, села Майку на колени и, приобняв за шею, спросила:
– Ну, и как же зовут нашего богатого буратину?
– Майк. А тебя?
– Анькой кличут все. Начнём?
– Какая ты, однако, быстрая, – Майк ухмыльнулся.
– А чё тебе, ты не в кино пришёл, чтоб рассиживаться, делай дело и вали.
– Я поражаюсь современным женщинам, на самом деле, – Майк мягко отстранил от себя Аньку. – Ну, раздевайся тогда.
Анька пожала плечами, кивнула и сбросила с себя юбку и футболку, оставшись в одном нижнем белье, чистом, хоть и застиранном.
– И что мне делать теперь? – она с интересом взглянула на Майка.
– Ничего, просто стой.
Майк подошёл к девушке, взял её за плечи и грубо развернул к себе спиной.
Анька почувствовала, как её локти стягивает тугая петля. Всё сильнее и сильнее сходились за спиной её руки, выпячивая вперёд грудь и живот. Наконец локти её коснулись друг друга, но Майк и не думал останавливаться. Со всей силы натянув верёвку, он буквально вжал один её локоть в другой. Сверху легло ещё несколько петель, и Анька поняла, что практически не может шевелить руками выше кистей. Руки начали немного ныть, а стянутая верёвками кожа горела.
– Тебе не кажется, что ты слегка переборщил? – она неловко развернулась к нему лицом и посмотрела в его затуманенные бледно-серые глаза, пытаясь там что-то прочесть.
– Слишком туго?
– Слишком. Отпусти меня.
– Как знаешь, – Майк с видимой неохотой снова развернул её к себе спиной и взялся за узлы, намереваясь их распустить.
– Стоп-стоп-стоп, я не имею в виду, что мы всё отменяем, – торопливо заговорила она, – просто реал слишком туго.
– Слушай, ну, я так не могу, если ты всё время будешь говорить «слишком туго» или ещё что-то в этом духе. Может, давай просто забудем всё и разойдёмся как в море корабли?
– Чё ты чешешь, какие корабли, – Анька ещё раз попробовала пошевелить локтями, но они словно превратились в единое целое, рук своих она уже почти не ощущала. – Ладно, ты меня реал только свяжешь и всё? Больше ничего?
– Больше ничего, обещаю.
– Ну, пофиг тогда, ладно, вяжи дальше, – она посмотрела на свою топорщащуюся вперёд маленькую грудь, – только если чё, я матом на тебя буду – больно пипец.
– Может, тогда тебе лучше ротик заклеить?
– Ты точно больной. Я не уверена уже, что это всё стоит всего двести баксов.
– Ну да, давай теперь цену поднимай, – Майк скептически на неё посмотрел. – Ну, вот как с тобой договариваться?
– Ой, да не ной уже, давай заклеивай, двести так двести.
Анька закрыла рот и подставила Майку своё лицо, однако тот, взяв за шею, запихнул ей в рот какую-то тряпку, и только после этого туго, с натяжкой, несколько раз обмотал нижнюю часть её лица несколькими витками скотча.
Она пыталась что-то сказать, но вместо слов раздалось лишь приглушённое неразборчивое мычание.
Между тем, Майк продолжал связывать девушку, уже мало обращая внимание на её мычание. Анька ощутила верёвочную петлю на своих запястьях, рук она уже почти не чувствовала, но по тупому давлению и силе, с которой парень упёрся ей в кисти, когда затягивал узлы, поняла, что они ничуть не слабее, чем те, что стягивают её локти.
Затем настала очередь тела. На Анькины плечи, как раз на уровне ключиц, упала и затянулась ещё одна петля, охватив вокруг её тело. И затянулась с такой силой, что грудь девушки подалась вперёд ещё больше, а плечи отвелись назад. Анька не выдержала и слегка застонала, но парень и ухом не повёл. Он накинул ещё одну петлю на её грудную клетку, как раз там, где заканчивался лифчик, и, подождав пока она выдохнет, затянул петлю, прижимая её связанные руки к спине. Последняя петля охватила её живот. Ощущение было такое, словно Аньку сжали в тисках – она с трудом повернула голову и, увидев себя в засаленном зеркале, поразилась, насколько глубоко утонула верёвка в её мягком животе. Пожалуй, впервые она поняла, что означает выражение «осиная талия».
Тем временем Майк, с трудом расчистив свободное место, поставил посреди комнаты стул и, осторожно усадив Аньку на него, стал связывать ей ноги. Через десять минут Анька поняла, что может шевелиться лишь с огромным трудом – её худые, тонкие ноги были связаны вместе от бёдер до самых ступней, даже большие пальцы ног Майк притянул друг к другу тонкой бечёвкой.
Анька сидела на стуле и с трудом дышала, вопросительно глядя на Майка.
– Ну как тебе?
– Муумммф.
– Да, туговато наверное, – Майк усмехнулся, – хочешь ещё?
– Ммууумммф!!!
– Я так и знал, что хочешь, – он посмотрел Аньке прямо в глаза.
– Ммуууммуууммумм!!! – Анька замотала головой и, дёрнувшись, насколько позволяли верёвки, свалилась со стула.

Майк небрежно перевернул её ногой на живот и, усевшись сверху, накинул петлю на её лодыжки, пропустив другой конец верёвки между витками, стягивающими локти.
– Как думаешь, ты гибкая? Ты довольно худая, должна быть, по идее, гибкой, – Майк с силой натянул верёвку.

Анька почувствовала, как её ноги сгибаются в коленях, как поднимаются над полом плечи, как гнётся туго связанное тело. От боли и беспомощности она заверещала, но только неразборчивое глухое мычание прорвалось через заткнутый и заклеенный рот. Между тем её тело изгибалось всё сильнее, пока, наконец, она не ощутила, как её пятки упёрлись в связанные локти. Майк крепко обмотал оставшейся верёвкой её связанные лодыжки, ступни и локти, фиксируя её в таком положении.
В руках Майка появились два блестящих крючка на тонком шнурке. Аккуратно он вставил их в ноздри Аньки и, потянув за шнурок, оттянул её голову назад. Анька почувствовала себя мебелью в собственной квартире, рук и ног она давно не чувствовала, и едва могла дышать. Она с трудом скосила глаза и посмотрела на Майка.
– Ммуум.
– Да, мне тоже нравится, – Майк присел на край стула рядом с Анькой и закурил. – Знаешь, мне ты давно приглянулась. Это так необычно – сделать подобное с такой, как ты. Выпустить пар, так сказать, – он поднялся и, переступив через неподвижную Аньку, подошёл к окну, где долго стоял, неторопливо докуривая сигарету, заворожено рассматривая кроны деревьев.
– Мууумммууумм!!!
– Ну, что тебе ещё? – Майк потушил окурок и сунул его в карман. – Тебе же нравятся эти новые впечатления? – Майк засмеялся. – Всё, я же обещал, я тебя только свяжу и делать больше ничего не буду.
– Муумфф, – Анька хлопала глазами, следя взглядом за Майком.
– Ну, я рад, что тебе нравится, а то я боялся, что ты не поймёшь. Наслаждайся.
– Мууумммуууумммуум!!! – Анька попыталась дёрнуться, но не смогла.
– Ладно, мне пора. Пока-пока, – Майк помахал Аньке рукой и, выйдя в прихожую, взялся за дверную ручку. В спину ему летело беспрестанное мычание, в котором были слышны истерические нотки. Майк прислушался, и рука его, уже готовая открыть дверь, замерла. Он убрал руку с ручки и вернулся в комнату, где на полу лежала стянутая кабанчиком Анька.
– Ммууф! – промычала она, не спуская с Майка взгляда.
– Прости меня, пожалуйста, совсем забыл, – Майк достал кошелёк из заднего кармана, – вот твои двести баксов.
– Мммуууумууумуфф!!!
Майк бросил зелёные бумажки на пол перед лицом Аньки и, уже не задерживаясь, вышел, захлопнув за собой дверь.

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную