eng | pyc

  

________________________________________________

Адам и Ева Натюрлихи
ТОРГИ

Часть 1. "Паук"

"Кажется, это здесь. А место - какое-то странное. И не скажешь, что здесь ночной клуб" - думал я в ожидании на свой стук в дубовую дверь полуподвального помещения, над которой красовалась надпись "ПАУК".
"И придумали ж название", - подумал я, как вдруг, наконец, щелкнул замок, и дверь, оказавшаяся стилизованным вариантом бронированной калитки "Руст", мягко открылась. За ней показалось два здоровенных качка в коже и с резиновыми дубинками. Один из них взял в руку протягиваемое мной приглашение. Внимательно рассмотрел его и неожиданно нежным, для такой комплекции, альтом пригласил: "Вы на торги? Входите, пожалуйста".
Я вошел. Удивительно, но моему взгляду открылся просторный светлый зал с рядами столиков. "Спрашивается, как они умудрились в этом подвале устроить такой ипподром?" - подумал я про себя и начал подыскивать столик.
"О! Вот ничего, кажется".
Я направился к небольшому столику почти у самого помоста и сел. Мысленно еще раз пересчитал сумму в моем дипломате, которой должно было хватить на приобретение моей первой куколки - такой милой и незаменимой в хозяйстве.
Да, именно помоста. По-другому это сооружение, возвышавшееся в центре зала, было бы трудно назвать. Это была круглая, метров пяти в диаметре, сцена. В ее центре стоял столб, с которого свисали всякие приспособления, от некоторых из которых шел мороз по коже - какие-то цепи, ошейники с шипами, колья, кнуты и клейма.
Зал постепенно заполнялся людьми, и, наконец, не осталось ни одного свободного места.
Наконец, в зал вошел мужчина в дорогом костюме и направился к помосту. Женщина в красном платье за соседним столиком громко шепнула своему спутнику: "Это сам Лорд Рэд", и я вцепился в него взглядом. Об этом человеке, организовавшем самое прибыльное в Европе предприятие по изготовлению живых кукол, ходили легенды. Говорили, что куклы Рэда становились такими в его подвалах, где ломали их волю и переделывали психику. А тех, кого не брали месяцы застенков, пытки и наркотики, отправляли в утилизацию - продавали в островные каторжные колонии, где жертвы жили считанные дни.
Если кукла успешно проходила предпродажную подготовку, над ее телом начинали работать мастера, устраняя следы и шрамы, наращивая отдельные группы мышц специальными упражнениями, устанавливая диету, оптимальную для конкретного экземпляра. Готовая кукла стоит очень дорого. Я знал об этом, но был спокоен. Моих денег по рассказам могло хватить на несколько приличных экземпляров, а я пришел за только одним.
Пока я размышлял, Рэд взошел на помост и объявил начало торгов...
Кукловоды, вводящие все новых куколок, их демонстрация, реплики из зала, новоиспеченные счастливые обладатели. Я смотрел, но ничего не привлекало меня слишком сильно.
Я уж начал думать: "А может я не там ищу?", как вдруг Рэд объявил: "Лот 44. Мелани. Начальная цена сто тысяч долларов", и я устремил свой взгляд к проходу, в котором появился кукловод, слегка позванивая цепью, тянущейся от металлического ошейника к ее шее. Ее лицо, волосы, руки показались мне такими знакомыми. На ней была накинута только шелковая полупрозрачная зеленоватая накидка, спускающаяся до самого пола.
Они взошли на помост, и кукловод сдернул накидку. Затем коротко скомандовал: "Оборот", - и девушка послушно начала медленно оборачиваться вокруг оси. На мгновение наши глаза встретились, и мне показалось: то, что я увидел, отличалось от потухших взглядов других кукол.
Рэд продолжал: "Посмотрите на этот экземпляр. Она удовлетворит самых взыскательных Господ, а вам, Господа, обожающие помучить рабынь, рекомендую обратить внимание на ее специально подготовленное тело, которое выдержит намного больше, чем иные неженки, склонные к полноте. Посмотрите, как грациозно она выглядит на дыбе", - Рэд сделал знак кукловоду, который подвел Мелани к столбу, свел назад ее руки, привинтил к запястью каждой руки кандалы и, потянув за цепи от кандалов, перекинутые через блок у верхушки столба, вздернул ее тело. Кукловод хорошо знал свое дело. Чтобы не попортить товар, он балансировал на пределе выносливости связок суставов куклы. Можно было только представить, как ей было больно. Я со своего места видел капельки пота у нее на лбу, она учащенно дышала, приоткрыв рот, но делала все это молча.
- Итак, 100 000 ! Ага, вижу, 110. 130, джентльмен за столиком 12"…
- Что? Вы даете 330? Почти в три раза больше предыдущего Господина? Какое условие? Ага, вы хотите что-то попробовать на кукле? Пожалуйста! Вы платите, а наши покупатели для нас - закон.
На помост взобрался тучный мужик с каким то футляром. Вот он его открыл. По залу пронесся легкий гул. Покупатель достал очень тонкую блестящую спицу, подошел к девушке и, оттянув на себя ее левую грудь, начал загонять в нее, под кожу, спицу по касательной от соска к боку, глядя при этом на лицо Мелани. Ее ноги напряглись. Кукла запрокинула голову назад, из ее глаз полились слезы, но она не издала ни звука. Спица вышла, прочертив кожу на ребрах. Толстяк удовлетворенно ухмыльнулся и кивнул: "Еще попробую и беру", доставая вторую спицу.
…И здесь я громко объявил: "350", привлекая внимание ведущего торги.
Толстяк сразу же ответил "360".….
Он сдался на сумме 480 тысяч.
Молоток Рэда ударил в третий раз: "Продано!".
Толстяк недовольно выдернул спицу из груди Мелани и отошел. Кукловод, наконец, опустил ее руки и начал снимать кандалы. Я встал и молча расплатился с кассиром.
-Упакуйте!
Тем временем принесли футляр для моей новинки. Такие футляры я увидел здесь впервые. Черный ящик анатомической формы (напоминающий футляр контрабаса, но скроенный по человеческому телу). По команде кукловода Мелани легла в него. Сверху захлопнули крышку и защелкнули замки. В гладкой поверхности крышки было только одно небольшое отверствие, которого должно было хватать для дыхания куклы.
Потеряв интерес к торгам, я решил уйти и приказал грузчикам следовать за мной. У дверей нас уже ждал пикап заведения. Грузчики положили футляр в кузов и, попрощавшись, ушли.
"Поехали", - сказал я водителю, и машина тронулась, увозя меня и мою покупку домой.

Часть 2. Дом

Машина подъехала к дому. Водитель помог мне занести футляр в дверь, я расплатился с ним, и машина, фыркнув на прощанье, уехала.
Я закрыл входную дверь и наклонился к футляру, лежащему на полу.
Отпустив зажимы, я отбросил крышку. Тело Мелани лежало в пазах футляра. На ее щеках, груди, животе и бедрах виднелись вдавленные следы от крышки. Она была совершенно обнаженной, если не считать ошейника с кольцами по кругу у нее на шее. В местах, где ее грудь была проколота спицей на торгах, запеклись капельки крови.
Я присел в кресло и скомандовал "Встать". Мелани послушно привстала, согнувшись в животе, затем поднялась на ноги, и так и осталась стоять в футляре, опустив глаза.
- Ты знаешь, кто я 
- Да, Вы мой новый Хозяин.
- Ты знаешь, кто ты?
- Да, я Мелани.
- Ты знаешь, зачем ты здесь?
- Да, Хозяин. Я здесь, чтобы служить Вам и страдать для Вас.
- Ну что же. Вижу, над тобой поработали. Будь славной куколкой, и быть может, я тебя долго не выброшу. Поняла?
- Да, Хозяин.
- Я хочу есть. Пойдем, я покажу тебе кухню. Ты мне что-нибудь приготовишь из тех продуктов, которые найдешь в холодильнике.
Мы отправились на кухню. Я показал Мелани то, что было необходимо, и она молча начала что-то делать с мясом. Я сел на стул и наблюдал за ней. Когда она за чем-то подошла к мойке, я встал, подошел к ней сзади и, приспустив штаны и привлекая к себе куклу за бедра, нащупал и вошел в ее анус. По ее телу пробежала дрожь, но она продолжала заниматься своим делом. Я начал трахать ее. Ее тело было таким свежим и сексуальным, от нее так приятно пахло, что мое возбуждение быстро достигло апогея, и я кончил. Мелани, закончив с тем, для чего она пришла к мойке, уже просто ожидала, когда я ее отпущу, чтобы продолжить приготовление пищи.
Я отстранился и больше не мешал ей заниматься порученным делом. Наконец наш ужин был готов. Она сервировала стол и встала рядом, в ожидании дальнейших указаний.
- Э, нет. Такая сервировка меня не устраивает. Бери все это на поднос и иди за мной.
- Слушаюсь.
Мы вошли в гостиную, где горел большой камин. У камина стояло широкое мягкое кресло. Я разделся и опустился в него.
- Или ко мне !
Она подошла.
- Поставь поднос.
Она поставила поднос на стоящий рядом журнальный столик. Я взял ее за бедра, привлек к себе.
- Сядь так, как ты меня будешь трахать.
Она села, впустив меня в себя и обхватив меня ногами с боков.
- Вот теперь можешь покормить меня. Если к концу ужина я не кончу - займемся твоим ремонтом.
Было видно, что она все больше возбуждается. Она кормила меня осторожно, одновременно совершая медленные глубокие движения тазом. Скорее всего, ей удалось бы выполнить мое приказание, если бы я не имел ее чуть раньше на кухне. Да и потом, заставить мой организм постоянно переключаться с еды на секс было очень непростым делом. К концу ужина, несмотря на мое сильное возбуждение, ей не удалось заставить меня кончить.
Я скомандовал холодным голосом: "Вставай!"
Она встала и сделала шаг назад.
- Займемся твоим ремонтом. Иди за мной.
- Да, Хозяин.
Мы прошли через кухню и, открыв дверь, начали спускаться по ступенькам.
- Пришли. Это моя мастерская. Здесь мы будем приводить тебя в порядок.
Только расширившиеся зрачки Полли и ее чуть усилившееся дыхание выдали ее сдерживаемый трепет.
Я улыбнулся. Да, куколка была хороша. Я уже был почти уверен, что мои истязания ее возбуждали, и ее тело будет качественно реагировать на все пытки.
Мы подошли к "растопырке" (как я ее называл один из используемых мной станков).
- Встань сюда!
Она встала. Я защелкнул продолговатые манжеты на ее запястьях и щиколотках и включил мотор. Цепи потащили ее вверх за руки, раскинутые по сторонам. Одновременно ее ноги растягивало по сторонам вниз. Наконец, ее распластало в воздухе, и я выключил мотор. Было видно, как ей тяжело дышать, как вытянуты ее конечности.
Я взял в руки электрический хлыст, зашел со стороны спины Мелани, замахнулся и опустил его на спину куклы. Она не издала ни звука, но ее тело дернулось, насколько позволяли цепи. Электрический хлыст был очень хорош тем, что доставлял сильную болезненную встряску, почти не оставляя следов на теле. Я ударил еще, затем еще и еще раз. Опустив на спину двадцатый удар, я перешел на другую сторону устройства, которое цепко держало тело Мелани. Взглянув в ее лицо, я понял, что у меня осталось не так много времени.
"Еще чуть-чуть, и она отключится".
Ее лицо побелело. С прокушенной нижней губы сочилась кровь. Каждое дыхание давалось ей все с большим трудом. Зрачки были огромными. Казалось, боль выливается из них.
Я снова начал стегать ее. Хлыст опускался на живот, на ребра, на грудь.
Наконец, она не выдержала и при очередном ударе вскрикнула, широко открыв рот и из последних сил хватая воздух.
Я отложил хлыст. Пододвинул невысокую подставку, встал на возвышение и вошел в нее. Затем трахал, трахал бесконечно долго, не обращая внимания на льющийся пот...
Она уже была почти без сознания, но ее тело предательски отвечало мне взаимностью. Наконец я кончил и отстранился.
Ее голова бессильно упала на грудь. Она уже ничего не чувствовала.
Я опустил ее, освободил и, подхватив на руки, понес наверх.
В большой ванной, наполненной горячей водой, она пришла в себя. Пузырьки выходящего воздуха приятно массировали ее тело. Было видно, что она восстанавливается...
После ванны только еще не исчезнувшие следы на ее руках напоминали о перенесенных мучениях.
- Иди за мной.
Мы пошли в кухню, где я приказал съесть ей вторую половину приготовленного ею же ужина.
- Ну ладно, на сегодня твою наладку закончим. Пойдем.
Мы зашли в спальню.
- Сегодня будешь моей подушкой. Ну-ка, ложись и повернись помягче.
Она подошла к кровати и послушно легла в изголовье, чуть повернувшись и подставив свой живот.
Я лег. Моя щека чувствовала тепло ее нежной бархатистой кожи. Живот ее слегка приподнимался с каждым вздохом, ровным и спокойным. Я протянул руку и положил ее на грудь Мелани, но она уже этого не чувствовала, потому что крепко спала.
"Да, уж высыпайся, не каждую ночь тебе выпадет такая удача", - подумал я с неожиданной для себя нежностью, но тут же мысленно встряхнулся: "Э-э, да так ты и руки на нее поднять не сможешь, а ну спать, завтра разберем эту глупую куклу по винтикам!".
И, так и не поняв до конца, какой из моих голосов победил, я уснул вслед за Мелани, такой послушной и удобной игрушкой, рожденной людьми, чтобы большую часть жизни страдать от людей...

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную