eng | pyc

  

________________________________________________

Splyf
(перевод: Alex)
7. Дикий Запад

Это - седьмой из долчетовской серии рассказов про Трину и Кристину. Неугомонные подружки отправляются в новое приключение. Если бы они только получше учили иностранные языки в школе!..

Поездка от курортного побережья Испании через огромную выжженную солнцем пустыню в частный заповедник, имитирующий городок американского «дикого Запада», была долгой и утомительной, несмотря на кондиционированный воздух салона комфортабельного автобуса.
Трина Бреммер чувствовала ярость солнечных лучей даже через затемнённые стёкла. Ей было восемнадцать, и эти каникулы она проводила вместе со всей своей семьёй. Её младший брат Лу сидел впереди, вместе с родителями. Он крутился на своём кресле, словно под задницей у него был кактус, и постоянно дёргал гида одним и тем же вопросом: когда уже мы приедем?
Трина не понимала причины этого повышенного интереса. Для туристов было воссоздано уже несколько музеев под открытым небом, в точности повторяющих города времён заселения Америки. Что такого интересного было именно в этом месте?
Она улыбнулась своей подружке Кристине Малколм, сидящей в соседнем кресле. Они учились в одном классе и были неразлучны с раннего детства. Их родители тоже дружили и решили провести отпуск в Европе вместе. Сначала они неделю жили в милом кемпинге на морском побережье. Это было чудесно, целыми днями они купались, а вечерами развлекались на дискотеке. Им обеим очень понравились смуглые испанские юноши. Несмотря на то, что они не понимали английского языка, а девочки не говорили на испанском. Но кого в этом возрасте заботит языковой барьер? Они говорили на языке тела, на единственном действительно международном языке. Какого дьявола их родителям захотелось тащиться через пустыню в этот чёртов город, вместо того, чтобы нежиться в тёплом море?
Время текло медленно. Взрослые о чём-то оживлённо болтали. Лу читал свои дурацкие комиксы, а девочкам оставалось только дремать в своих горячих креслах и мечтать о смуглых красавцах, ожидавших их на пляже.
Постепенно фантазии Трины становились всё более сексуальными, она представляла себя и Кристину в объятьях горячих испанских парней, мечтала о тех безумствах, которые те будут вытворять с их юными телами. От этих мыслей губки её киски сильно увлажнились, но, к сожалению, сейчас она не могла потереть их пальчиками. Вчера они с Кристиной, помогая друг другу, выбрили свои киски. Сначала они в душе хотели их только подбрить, чтобы надеть узенькие бикини, но, расшалившись, сбрили всё начисто. Это их очень возбудило, но потом они испугались, что скажут их матери, если вдруг увидят выбритые лобки дочерей. Приходилось быть очень осторожными, пока волосы не отрастут снова. Зато теперь она могла чувствовать прикосновения ткани трусиков к голой коже, а это очень возбуждало. Правда, из-за этого на трусиках появилось влажное пятно, и она пожалела, что не надела более длинную юбку: та, что была сейчас на ней, лишь слегка прикрывала попку.
– О чём это ты думаешь? – хихикая, поинтересовалась Кристина, заметив, что её подружка елозит задницей по сиденью.
– Да так, ни о чём... Как ты думаешь, когда мы, наконец, приедем? Мне уже порядком надоело! – и Tина с улыбкой подтянула юбку вниз.
– Мне тоже! – Кристина вздохнула и закатила глаза. – Зачем мы потащились на эту чёртову экскурсию вместо того, чтобы загорать на пляже?
– Ну, будем надеяться, что это того стоит, – пожала плечами Трина, глядя в окно.
Ещё несколько переполненных автобусов двигалось в том же направлении.
«О, похоже, этот городишко будет кишеть туристами», – подумала она.
Впервые она присмотрелась к своим спутникам. Все они читали брошюры и путеводители и оживлённо обсуждали прочитанное, но, к сожалению, среди них почти не было американцев. Слышалась немецкая или испанская речь. Подружкам и в голову не пришло забеспокоиться. Правда, вчера после обеда матери снабдили их подробными брошюрами и почему-то очень настаивали, чтобы девочки перед поездкой их обязательно прочитали, но они вместо этого побежали на танцы. Когда они, чуть живые от усталости, уже заполночь, вернулись в свой номер, их поймала маман Кристины и стала допытываться, прочитали ли они то, что она им дала? Девчонкам ничего не оставалось как соврать, что всё внимательнейшим образом изучили.
– Слушай, а куда мы засунули эти брошюры, что всучила нам твоя мамочка? – поинтересовалась теперь Трина.
– Чёрт его знает. Наверное, валяются где-нибудь за тумбочкой, – беспечно отмахнулась Кристинка.
– А ты хоть заглядывала в них?
– Нет! Ну что там может быть нового? Наверняка такая же фигня, что и у нас в Калифорнии. Помнишь, нас в прошлом году таскали туда?
– Да, жалкое подобие ковбоев и ряженые индейцы. И почему старикам так нравится вся эта чушь? – Кристина тяжело вздохнула.
Похоже, день был окончательно испорчен, и вместо купания в тёплом море они получат несколько томительных часов, осматривая декорации для вестерна на сорокаградусной жаре и в пыли.
Неожиданно к девушкам подошёл их гид и протянул розовые листки, на которых всё было написано на испанском. Эти бланки напоминали те, что девочки заполняли в аэропорту, и они быстро сообразили в какие графы надо вставить свои паспортные данные. Всюду этот дебильный бюрократизм. Но осталось ещё несколько квадратиков, в которых надо было поставить галочки. Подружки задумались.
– Вы внимательно прочитали те брошюры, что мы вам вчера дали? – спросила мамочка Трины, неожиданно возникнув за спинами подруг. Те автоматически закивали головами.
– Конечно, от корки до корки! – уверила Трина, и обе захихикали.
Они очень не хотели, чтобы их матери устроили скандал, узнав, что дочери так и не прочли эти несчастные книжечки.
Девчонки так и не смогли разобрать, что написано в последних графах анкеты и решили подсмотреть, как её заполняют другие. Наклонившись к соседнему ряду, Трина увидела, в каких клетках ставит галочки, по совету своей матери, её соседка, испанская девушка. Тогда они с Кристиной отметили эти же клетки.
– Вы уверены, что сделали всё правильно? – спросила их мама Кристины, когда экскурсовод начал собирать заполненные бланки. – Хотите, чтобы я проверила их?
– Нет-нет, всё – отлично! – заверила её Кристина, не желая, чтобы мамочка увидела, что они сделали что-то не так.
Наверняка это были какие-нибудь инструкции, как вести себя в этом чёртовом городке, чтобы не трогать руками и не тырить блестящие железяки или что-то вроде этого. Очередная чушь.
Подружки сдали бланки помощнице гида, которая, взглянув на них, улыбнулась и протянула маме Кристины для подписи.
– Девочки, вы уверены, что внимательно прочитали те брошюры, что я вам дала? – с сомнением ещё раз спросила она, просмотрев заполненные бланки.
– Да, очень внимательно!!! – воскликнули обе, понимая, что, признавшись теперь в своём разгильдяйстве, огребут массу неприятностей.
– Ну, хорошо, тогда вы намного смелее, чем я о вас думала!
Она подписала анкету Кристины, а мама Трины – анкету своей дочери.
– Что она имела в виду? – шёпотом спросила Трина у своей подруги.
– Я понятия не имею! Но нам придется быть очень внимательными.

Наконец, они добрались до места. Автобус остановился на запылённой автостоянке среди других машин, уткнувшись радиатором в высокий глухой забор. Всем туристам раздали пропуска, которые надо было вешать на шею. Их родители и Лу получили зелёные карточки, а Трине с Кристиной почему-то выдали красные. Посмотрев вокруг, они заметили, что примерно треть туристов тоже надели красные прямоугольники, но, что удивительно, среди них были только девушки и женщины от восемнадцати до тридцати пяти лет.
– Хорошо, девочки, так как вы решили принять участие в шоу, то мы встретимся с вами уже где-нибудь внутри! – улыбнулся папа Трины и обнял свою дочь.
– Да, мы очень гордимся вами! Удачи вам, девчонки! – сказала мама Кристины и тоже обняла свою дочь.
– Пока! До свиданья! – подружки радостно замахали руками вслед своим родственникам. Основная группа туристов в сопровождении гида направилась к воротам.
– Отлично, кажется, не придётся провести весь день в сопровождении предков! – обрадовалась Трина. – Пошли, посмотрим сувенирные лавки.
– Да, но какое «шоу» они имели в виду?.. – с сомнением спросила Кристина, но подружка только легкомысленно пожала плечами.
Тем временем все туристы с зелёными пропусками уже исчезли в городе. Возле ворот собралась группа из шестидесяти или семидесяти девушек и женщин с красными картонками на груди. Вокруг них кольцом стояли ковбои. Подружки увидели, что женщины раздеваются, а часть из них были уже совершенно голыми.
– Они что, хотят нарядить нас в индианок или в ковгерлз? – предположила Кристина.
– Хмм, и «примем участие в шоу», как сказал папа, – подтвердила Трина.
– Ого! Ты видела это? – воскликнула внезапно Кристина и показала на запряжённую лошадью повозку, отъезжающую в сторону ворот. Большая деревянная телега с высокими решётчатыми бортами была заполнена абсолютно голыми девочками и женщинами.
– Что?! Это и есть то самое шоу?! – ахнула Трина.
Девочки хотели немедленно вернуться к автобусу, но позади них уже собралась целая толпа женщин. Большинство из них были испанками, и они все весело болтали и смеялись, ожидая своей очереди. Подружкам ничего не оставалось делать, как двигаться вперед.
Трина первой подошла к воротам. Ковбой внимательно осмотрел её и сказал что-то на испанском, но она ничего не поняла, тогда он махнул ей рукой в сторону группы девушек, раздевавшихся в сторонке. Трина подошла к ним и остановилась в ожидании Кристины.
– Похоже мы сдуру подписались на участие в нудистском празднике, – предположила Кристина и, вздохнув, начала расстёгивать пуговки на своей блузке.
Трина не двигалась, но раздевшаяся рядом уже до трусиков испанка обратилась к ней на плохом английском:
– Ты подписать бумага и теперь снимать одежда, а то будет очень плохо.
– Наверное, ты права! – вздохнула Трина и тоже начала раздеваться.
Через несколько минут они стояли совершенно голыми вместе с другими девочками под палящими лучами солнца. Им приказали бросить одежду в огромные баки рядом с воротами.
– Слушай, а как мы потом найдём свои шмотки? – спросила Кристина, опуская одежду в общую кучу. – Я имею в виду, что всё здесь страшно перемешается.
– Я не знаю. Но похоже, она нам больше и не понадобится, – голос Трины дрожал.
Внезапно один из ковбоев приказал девочкам следовать к повозке, точной копии той, что они уже видели десять минут назад. Они залезли в клетку на колесах вместе с ещё десятком девочек и женщин. Дверца клетки захлопнулась, и повозка медленно покатилась вперёд. Подружки оказались прижаты к одной стенке клетки. Их груди высовывались между вертикальными перекладинами. В повозке было так тесно, что невозможно было сесть, и девочки вынуждены были ехать стоя, с интересом рассматривая всё, что творилось вокруг.
По деревянным мостовым вдоль двухэтажных старинных домов гуляли туристы с зелёными пропусками. Они оживлённо переговаривались, с интересом смотрели по сторонам. Многие улыбались и махали проезжающим в повозке девушкам. Некоторые узницы что-то весело кричали в ответ. А клетку тем временем везли по улицам города, и Трина решила, что это и есть то самое «шоу», про которое говорил её отец.
Но вскоре её надежды на счастливое завершение этого эротического приключения развеялись как дым. По вывескам и витринам некоторых магазинов, по плакатам, развешанным то там, то тут, она поняла, что они находятся в одной из частных Долчетовских резерваций. Она слышала о существовании таких зон в некоторых европейских странах, но никак не ожидала оказаться в одной из них. Так вот почему их мамочки так настойчиво требовали прочитать те проклятые брошюры! Кристина тоже уже обо всем догадалась, и подружки пожалели, что не послушались мам и убежали вчера на танцы. А теперь они сами подписали бумаги, позволяющие делать с их телами всё, что заблагорассудится устроителям шоу. Похоже, у них не осталось шансов покинуть этот городишко живыми. Может быть, родители что-нибудь придумают?
Трина уже не была удивлена, когда повозка проползла мимо старинной виселицы, на которой болтались повешенные за шею три голые девочки со связанными за спиной руками. Похоже, их только что вздёрнули, потому что они ещё брыкались и дёргались в своих петлях. Длинная очередь нагих девочек и женщин протянулась от виселицы через всю площадь. Они ждали своей очереди на повешение. Зрители заняли все свободные места на площади, с жадностью разглядывая, как бедняжки извиваются на виселице, умирая для их развлечения. Повсюду в толпе поблескивали объективы фотоаппаратов и видеокамер.
Телега проехала мимо открытого кафе, где над углями жарилось проткнутое вертелом женское тело. А гостям подавали на блюдах груди и прожаренные киски. Аромат пряного мяса заполнял воздух. Удивительно, но многие из пленниц были явно возбуждены увиденным. Они начали громко разговаривать, показывая друг дружке на свои части тела.
– Я полагаю, что они обсуждают, у кого из них самые вкусные сиськи и письки, – сказала Кристина, сглотнув.
Внезапно она почувствовала, что кто-то ощупывает её грудь. Повернувшись, она увидела, что стоящая рядом с ней тридцатилетняя испанка с интересом разглядывает её тело и оживлённо болтает со своими соседками, явно обсуждая достоинства Кристины. Взвесив в руке левую грудь, она облизнулась и причмокнула губами. Вокруг засмеялись. Ещё несколько рук протянулось, чтобы пощупать Кристинины дыньки. У неё действительно были очень крупные груди для девушки её возраста, и, при тонкой талии и упругой попке, она выглядела очень «аппетитно». Как теперь выяснилось, в прямом смысле этого слова.
– Я думаю, они спорят, как лучше приготовить твои сиськи! – хихикнула Трина.
Посмотрев на своих спутниц, девушка увидела, что они в большинстве своем не отличаются пышными формами, и на фоне двух белокожих американок их смуглые худощавые тела явно проигрывали. Тем не менее, веселье испанок передалось и подругам, они немного расслабились и постарались получить от этого приключения максимум удовольствия.
Трине тоже пришлось дать потрогать свои дыньки. Они были совсем на немного меньше.
– Гм, я думаю они будут иметь восхитительный вкус, поджаренные с луком, – перевела ей шутку испанки девочка, стоящая сзади. Все снова засмеялись. Потом последовали комментарии относительно бритых кисок американок и их аппетитных задницах. Так, весело болтая и обмениваясь шутками, девушки ехали по городу.
Вскоре они увидели помост, на котором женщинам отрубали головы топором или при помощи гильотины. Дальше стояли кресты с распятыми на них телами и несколько кольев, на которых извивались глубоко насаженные девушки. На невысоком холме подростки тренировались в стрельбе из лука по привязанным к столбам голым женщинам.
Подружкам стало совершенно ясно, что в этом месте они предназначены только для развлечений мужчин, а потом как куски нежного мяса.

– ОТКРЫВАЙ, ОТКРЫВАЙ! – закричали сопровождавшие повозку ковбои. Путешествие подошло к концу. Лошади уткнулись мордами в ворота большого загона, за деревянным забором которого несколько сотен голых женщин и девушек ожидали решения своей судьбы.
Их выгрузили из повозки и, построив в линию, осмотрели. Тех, у кого оказались волосы на лобках, отправили на стрижку, а остальным разрешили разойтись. Подружки поздравили себя с тем, что их киски были чисто выбриты, так как обработка проводилась электрическими машинками для стрижки овец, и ковбои обращались с женщинами, как с домашней скотиной. Несчастные громко кричали от боли. Рядом девушек взвешивали на больших весах, и данные заносили в бланки.
Вдруг подружек окликнули. С той стороны ограды им радостно махали руками их родственники.
– Привет, девчонки! Ну, как вы тут?! – поинтересовалась мать Трины.
– Ох, мамочка! – только и смогла выдохнуть её дочка.
– О! Я вижу, вы всё спланировали заранее, хмм? – улыбнулась мамочка Кристины, разглядывая выбритые лобки девочек. – Я даже не представляла, какие вы у нас отчаянные!
– Я тоже просто поражена и очень горжусь вами, девочки! – улыбнулась мама Трины. – Правда, Лу немного расстроился.
– Не может быть! – Трина не могла поверить, чтобы её вредный братец проявил заботу о своей сестре.
– Ну, в общем, теперь уже можно рассказать вам, – рассмеялась её мама, – но мы собирались сделать вам сюрприз. Лу должен был продать ваши тела на сегодняшнем аукционе!
– Как?! Как вы могли?.. – Трина была поражена коварством родителей. Они собирались продать свою дочь, словно свинью на мясокомбинат. Получается, что если бы они даже не напутали, заполняя бланки, то всё равно закончили бы сегодняшний день на вертеле.
– Своим невероятно смелым поступком вы застали всех врасплох, – продолжала, не обращая внимания на возмущение дочери, миссис Вилсон. – Это было очень смело с вашей стороны, девочки!
– А какой способ казни вы выбрали? – с горящими глазами поинтересовалась мама Кристины. – Мы должны первыми узнать, какие фантазии у наших любимых дочек!
– Ну, наверное... топор или гильотина? – неуверенно начала перебирать самые безболезненные способы убийства Кристина.
– Ну что же, это, конечно, ваше право, – пожала плечами миссис Малколм, – но нам было бы гораздо приятней увидеть наших милых девочек танцующими на виселице или зажаренными живьём на вертеле!
– Мамуля, а ты можешь договориться с охранниками, чтобы Трину всё же зажарили на вертеле? – беззастенчиво разглядывая свою голую сестрицу, Лу решил, что ему больше хочется, чтобы её не повесили, а живую проткнули вертелом через бритую киску и зажарили над углями. При этом он смотрел на неё глазами малолетнего убийцы.
– Гм, я уже ничего не могу сделать, сынок. Ведь твоя сестра вызвалась добровольно, так что теперь она вправе сама выбирать способ казни или положиться на выбор охранников. О, вас зовут взвешиваться, девочки! Хорошо, что мы успели найти вас!
– Не волнуйтесь, мы ни за что не пропустим вашу казнь и обязательно попробуем жаркое из ваших прелестей, – успокоили подружек их отцы. Мужчины, как и Лу, с интересом рассматривали голых девочек за оградой и, казалось, судьба собственных дочерей их совершенно не заботила.
– Спасибо, я надеюсь тебе понравиться, папочка! – Кристина помахала на прощание рукой родителям и вслед за Триной встала на соседние весы.
Мужчины в засаленных фартуках взвесили её, а затем, внимательно ощупав всё её тело, заполнили очередной бланк. Девушка поняла, что с ней обращаются не как с живым человеком, а как с куском мяса на бойне. Мясники заполнили все бумаги и, под конец, написали что-то на белой пластиковой табличке. Потом один из них бесцеремонно ухватил девушку за промежность и, оттянув губу киски, вставил туда кольцо с табличкой. Всё произошло настолько быстро, что Кристина даже не успела почувствовать боли. Только щёлкнул аппарат вроде стэплера в руках мужчины, да рядом вскрикнула Трина, над которой проделали такую же операцию. Потирая зудящие письки, девочки отошли к забору и увидели, что к загону приближается повозка с новой партией голых женщин.
– Никогда не думала, что буду носить серёжку в таком месте! – хихикнула Кристина, рассматривая украшение на своей киске.
– Это оказалось не больнее, чем прокалывать уши! – отозвалась Трина, тоже рассматривая свою бирку. – Жаль только, что мы не сможем похвастаться этими украшениями перед своими мальчиками.
– Чёрт, мы теперь просто два куска мяса! – вздохнула Кристина. – Как ты себя чувствуешь?
– Гм, неплохо для будущего жаркого. Ты же слышала наших предков! Мы бы всё равно сегодня оказались на вертеле. Хорошо, хоть Лу не получит своего развлечения!
– Да, я видела его кислую рожу! – улыбнулась подружка.
Неожиданно их окликнула рыжеволосая девчонка с веснушками на лице:
– Привет, вы тоже из Англии? – обратилась она к подружкам с чистым оксфордским произношением.
– Нет, мы две глупые американки! – ответила Трина, – А тебя как сюда занесло?
– О! Родители разрешили мне стать добровольцем! – она ослепительно улыбнулась. – Я так счастлива! Не правда ли, это замечательное место, тут всё так возбуждает. Я вся просто теку!
– На любителя, – хмыкнула Кристина.
Юную англичанку звали Лора. Ей было девятнадцать лет и, как у большинства рыжих людей, у неё была очень белая кожа. Большие упругие груди смотрелись на её худеньком теле просто огромными, а губы киски, наверное, от сильного сексуального возбуждения, распухли и раскрылись, как лепестки розы. Она рассказала девочкам, что всю жизнь мечтала быть живьём зажаренной на вертеле, но отец попросил её выбрать повешение, так как ему и его друзьям очень нравится именно этот вид казни. Она не могла отказать любимому папочке.
– Я думаю, быть повешенной тоже здорово! – объясняя свое решение новым приятельницам, Лора постоянно облизывала пересохшие губы и лихорадочно оглядывалась по сторонам. Ей явно не терпелось поскорее оказаться на виселице. – Представляете, болтаться совершенно голой в петле, дрыгать ножками и крутить попкой, когда на тебя смотрят сотни мужчин, и каждый безумно хочет тебя трахнуть! Я просто кончаю от одной мысли об этом!
– Да, наверное, это не самый плохой выбор, – согласилась Трина.

Солнце продолжало немилосердно палить. Мимо загона нескончаемым потоком проходили туристы, разглядывая голых женщин и зная, что все они к вечеру будут умерщвлены, зажарены и съедены. То и дело появлялись ковбои, высматривающие среди ожидавших своей участи следующую жертву. Если девушка отказывалась добровольно залезать в фургон, в ход шёл кнут, а в особых случаях – лассо. Набросив на шею непокорной петлю, ковбой с гиканьем тащил свою добычу к фургону, а несчастная волочилась за ним в пыли. Но всё же большинство девочек, если не с удовольствием то, по крайней мере, безропотно принимали свою судьбу. Некоторых, особенно симпатичных, ковбои, прежде чем отправить в фургон, с удовольствием трахали под одобрительные крики зрителей.
– Всё, девочки, вы как хотите, а я больше не могу терпеть! – засунув руки себе между ног, Лора пожирала глазами сцену дикого секса между огромного роста ковбоем и хрупкой черноволосой испанкой. Связав руки женщине за спиной и поставив раком, он зверски насиловал её в зад.
Увидев, что к ним приближается пара всадников, Лора, встряхнув копной рыжих волос, вышла им навстречу.
– Надеюсь, они не откажутся отведать настоящей леди!? – бросила она через плечо подружкам. Встав на пути ковбоев, она приняла самую вызывающую позу... Мужчины не отказались...
– Удачи тебе! – крикнула вслед уводимой ковбоями англичанке Трина.
Подружки видели, как Лора с радостью отдалась двум мужчинам. У одного юная леди взяла в рот, а второй в это время трахал её сзади. Через пять минут удовлетворённые кавалеры отошли в сторону, а вошедшая во вкус англичанка требовала продолжения оргии. Желающие нашлись быстро. Через минуту она уже скакала верхом на огромном члене лежащего на спине ковбоя, а руками дрочила концы ещё у двоих.
Постепенно вдоль изгороди собралась толпа зрителей. Особенно бурно выражали свой восторг пожилые немки, они подбадривали девушку громкими криками и размахивали зонтиками от солнца. Нашим подружкам пришлось даже посторониться, чтобы пенсионеркам было лучше видно. Тем временем Лора приняла в себя все три члена. На одном она продолжала скакать, но теперь ей пришлось наклониться вперёд, чтобы второй смог проникнуть в её попку, а третий она яростно сосала. Сама она, видимо, получала оргазм за оргазмом. Её приглушённые крупным членом стоны разносились вокруг. К сожалению для зрителей, у юной девушки ещё не было достаточного опыта в сексе, и через десять минут она совершенно выбилась из сил. Закончив свое дело и подтянув штаны, ковбои помогли Лоре подняться и, связав руки за спиной, подсадили в повозку. Англичанка едва стояла на ногах, но блаженная улыбка не сходила с её перепачканного спермой лица. Послышался свист кнута, и фургон скрылся за воротами изгороди.
Новых женщин больше не привозили. Подружки уже смирились со своей участью домашнего скота, определённого на убой, но всё же не торопились попасть на вертел и поэтому старались держаться возле ограды, подальше от ворот. И ещё им очень хотелось оказаться вместе, когда придёт их время.
– Эй, девчонки, как дела? – ехидно поинтересовался незаметно подошедший к ним Лу. Гадкий мальчишка с интересом рассматривал «украшения» на кисках девушек.
– Здорово смотрятся! – похвалил он подружек, показывая на кольца. – Надеюсь, это было очень больно?
– Не больнее комариного укуса, придурок! – огрызнулась Трина.
– Ну, и отлично! – не очень расстроился Лу. – Просто мамуля хотела узнать, не забрали ли вас ещё. А то мы уже заняли столик в ресторане и с нетерпением ждём отведать ваших прелестей. Так что будьте хорошими девочками и не заставляйте родителей страдать от голода.
– Ничего, пусть ещё немножко подождут. Лучше сбегай и посмотри, куда поехал последний фургон. В нём наша подружка, рыженькая, она там одна такая, – Кристину очень интересовала судьба их новой английской знакомой.
– Сейчас посмотрим! – Лу прищурился, всматриваясь в даль против солнца. – Я думаю, их повезли к виселице. Наши предки сейчас как раз пьют чай в ресторанчике напротив. Оттуда прекрасно видно, как брыкаются девчонки в петле. Мы надеемся, что вы всё же выберете виселицу! Так хочется посмотреть, как моя сестра и её подружка будут голенькими болтаться под перекладиной!
– Хрен тебе, урод! – разозлилась на брата Трина. – Уж лучше я заживо зажарюсь на вертеле, чтобы тебе не доставить радости!
Поняв, что сболтнул лишнего, Лу прикусил язык. Окинув напоследок взглядом оставшихся в загоне женщин, он решил, что в любом случае ждать осталось не больше часа. Взмахнув на прощанье рукой, он кинулся к виселице, чтобы не пропустить своё любимое развлечение.

– По-моему, нам лучше поторопиться, – подумав, обратилась к подруге Трина. – Мне совсем не хочется встретить смерть под взглядами незнакомых людей. Наши родители могут просто не дождаться нас. И потом приятнее осознавать, что твою плоть будут есть близкие люди.
– Да, наверное, ты права. Дальше оттягивать просто нет смысла, – согласилась Кристина.
Они взялись за руки и вышли на середину площадки, по которой разъезжали ковбои в поисках жертв для очередного фургона. Рядом с ними оказались мать и две дочери, крепко держащиеся за руки, они тоже хотели умереть вместе. Вокруг с визгом проносились девчонки, пытавшиеся увернуться от кнута или лассо ковбоев. Возле самой повозки Кристину сбила лошадь, но она успела подняться и залезть в фургон вслед за подругой. Один из служителей связал всем пассажиркам руки за спиной, и повозка тронулась. Кроме них здесь были ещё около десяти их сверстниц и две женщины. Одна с дочерью, а вторая с двумя. Они были очень рады, что вместе встретят свой конец, и весело болтали.
– Интересно, кто-нибудь знает, куда нас везут? – спросила Трина, прислушиваясь к испанской тарабарщине, звучащей вокруг.
– Сомневаюсь, по-моему, этим глупым курицам всё равно, где закончить свои дни, – отозвалась Кристина. Она внимательно следила за тем, куда направит лошадей возница. У неё вырвался вздох разочарования, когда они проехали мимо помоста с гильотиной: – Проклятье! Это была бы очень быстрая и лёгкая смерть. Но, видно, не судьба.
– Охх... у меня плохое предчувствие! – простонала Трина, поскольку повозка свернула направо к огромной виселице. На ней как раз вешали последних девочек из предыдущей партии. Четвёртой от начала, на длинной перекладине висела Лора. Она уже не подавала признаков жизни, как и её соседки справа и слева, и лишь медленно вращалась на натянутой как струна пеньковой верёвке. Возле её тела было особенно много зрителей, выделялась группа возбужденных мужчин во главе с очень довольным рыжеволосым толстяком. Подружки поняли, что это и есть отец юной англичанки со своими приятелями.
Тут же крутился с цифровой видеокамерой Лу. Заметив сестру, он издал восторженный вопль, который однако скоро перешёл во вздох разочарования, потому что повозка не остановилась возле виселицы, а проехала чуть дальше к площадке с пылающими жаровнями. Груз этого фургона был предназначен для барбекю.
Между виселицей и жаровнями располагались ряды длинных столов с полосатыми тентами от солнца. Уже миновал полдень, и было самое время для обеда. Поэтому за столами не было свободных мест. Поскольку всех привезённых на последней повозке провели к кухне мимо столов, девушки смогли прекрасно рассмотреть, чем обедали посетители парка.
На больших блюдах с гарниром из свежей зелени лежали поджаренные кусочки женской плоти. Тут были и груди с твёрдыми сосками, и сочные куски женских попок, и подрумяненные ляжки, но наибольшим успехом пользовались истекающие соком прекрасно прожаренные киски с вложенными в них свежими огурцами или очищенными бананами. На один из столов подали огромное блюдо с целиком зажаренной девочкой, из неё даже еще не успели вытащить вертел.
Пройдя чуть дальше, подружки в ужасе увидели огромные булькающие котлы, в которых варились части женских тел. Вся эта картина напоминала библейское представление об Аде. Девчушки поняли, что их ожидает через несколько минут. Но в отличие от мрачных картин Ада, здесь царило веселье, отовсюду слышался смех, люди болтали между собой, заигрывали с официантками. Но, что самое удивительное, Трине совершенно не было страшно, скорее наоборот, она испытывала сильнейшее сексуальное возбуждение и желание отдать себя всю без остатка этим людям, это было сродни религиозному экстазу, неожиданная потребность в самопожертвовании. Её уже не пугала мысль о раскалённых углях и огромном стальном вертеле, которым её проткнут. Она закрыла глаза и с блаженной улыбкой представила себя, вращающейся над жаровней. Она бросила быстрый взгляд на подругу и по раскрасневшемуся лицу и частому дыханию той поняла, что и она чувствует то же самое.
– Интересно, а тут не принято нафаршировывать девочек спермой перед жаркой? – хихикнула Кристина.
В данной ситуации крутой секс был бы весьма кстати. Единственное, что мешало получать полный кайф от происходящего, был мерзкий братец Лу. Он сновал со своей проклятой камерой вокруг, и Трина не сомневалась, что этот паршивец обязательно заснимет весь процесс надевания ее бедной пиздёнки на вертел, а потом обязательно покажет это своим приятелям. Но тут уж ничего нельзя было поделать, и приходилось с этим мирится как с неизбежным злом.
– Ого, кажется, тут я смогу получить, то о чём мечтала! – улыбнулась Кристина.
Пройдя мимо столов, девушки оказались в зоне разделки. Они увидели, как повар, взмахнув огромным топором, одним ударом отрубил голову девушке, лежащей на плахе. Причем жертва лежала совершенно спокойно и лишь немного вскрикнула, когда топор начал опускаться. Отсечённая голова покатилась в пыль. А обезглавленное тело ещё некоторое время продолжало дёргаться. Кристина видела, что на лице девушки застыла улыбка. Возможно, перед смертью она успела увидеть своё тело со стороны.
– Нет, наверное, я все же предпочту вертел, чем обезглавливание, – решила Трина и вздрогнула от своих слов. Она и представить не могла, что сама выберет такую смерть.
Кристина только хихикнула и с интересом наблюдала, как отрубили голову следующей девочке. Безголовые тела развесили за ноги на толстой перекладине, и мясники быстро выпотрошили их, а затем умело разделали на небольшие куски. Часть отправлялась в котел, часть на барбекю, а кое-что шло на фарш или заливное.
Однако, только немногие девочки подвергались подобной обработке. Большая часть предназначалась для «живой» кухни. Их живьём жарили, привязав к грилю, запихивали в духовки, сажали в кипящие котлы с супом, или накалывали на вертел.
– Ну, кажется, здесь нам придется проститься! – сказала Кристина и поцеловала подругу в щёчку. Потому что один из поваров уже схватил её за связанные руки и отвел в сторону.
Трина видела, как мужчина отобрал ещё четырёх девушек. У всех были очень крупные груди, как и у Кристины. Повар тщательно ощупал их и остался доволен. Затем он смазал каждой сиськи маслом и принялся натирать солью и перцем. Закончив, он приказал первой девушке встать на колени перед грилем и опустить свои груди на раскалённую решетку. Только теперь Трина заметила, что две девочки уже жарят свои грудки, извиваясь и попискивая. Понукаемая поваром, несчастная положила свои нежные дыньки на горячий металл. Гримаса боли на мгновение исказила её милое личико, но она быстро взяла себя в руки и даже постаралась улыбнуться.
Следующей возле гриля оказалась Кристина. Можно было только восхищаться её храбростью. Через минуту уже все девочки стояли на коленях и жарили свои грудки, с трудом сдерживая слезы. Используя большую двузубую вилку, повар время от времени проверял готовность этого удивительного блюда и следил, чтобы груди равномерно подрумянивались со всех сторон. Когда, по его мнению, дыньки хорошо прожарились, он разрешил девочкам встать. Несколько помощниц повесили девушкам на шеи небольшие прямоугольные подносы, так что груди оказались разложенными на них. Трина в страхе наблюдала, как официантки водили девушек вдоль столов и предлагали гостям полакомиться кусочками жареных грудок, отрезая их прямо у живых девочек.
– Привет, пап, привет, мам! А вот и я! – окликнула своих родителей Кристина, поскольку её как раз подвели к столику, где они обедали. – Как вы?
– Прекрасно, дорогая! У тебя, я вижу, тоже все в порядке? – обрадовалась её мамочка и показала официантке, какие кусочки отрезать от груди её дочери.
– Да... ой... ой... ой... я полагаю! – Кристина захныкала, когда у неё отрезали сосок и большую часть левой груди, от правой к этому моменту уже почти ничего не осталось.
– Как Трина? Её уже казнили? – поинтересовалась судьбой своей дочери миссис Бреммер.
– Я не знаю! Нас привезли сюда вместе, но меня выбрали раньше.
– Ну ладно, мы попробуем найти её попозже! А ты прекрасно выглядишь, я даже немного завидую тебе!
– Спасибо, приятного аппетита! – крикнула Кристина, потому что её повели к следующему столу.
Обслужив ещё нескольких гостей, она осталась совершенно без грудей и была возвращена к месту разделки. К своей огромной радости девушка увидела, что её ждёт топор палача или, в данном случае, мясника. Перед ней была всего одна девочка, и уже через минуту Кристина положила голову на влажную от крови колоду. Она ничего не почувствовала, когда топор перерубил ей шею, только всё вдруг закувыркалось перед глазами, а потом поплыло вниз, потому что палач поднял отрубленную голову за волосы.
Девушка была поражена тем, как долго она сознавала окружающий мир, и даже, когда голову бросили в корзину поверх других голов, она ещё некоторое время продолжала всё понимать. Она видела, как подняли её обезглавленное тело и начали потрошить, лишь тогда мир окончательно померк для неё.
Трина не видела, как казнили её подругу, – она была занята тем, что сосала огромный член у одного из поваров, стоя на коленях среди разделочных столов. Ей и ещё нескольким девочкам было велено обслужить мужской персонал кухни во время перерыва. И теперь она с наслаждением глотала сперму уже у третьего кулинара. Она могла сожалеть только об одном, что её руки связаны за спиной, и она не может поиграть со своим клитором. Она думала о том, что этот день, конечно, самый необыкновенный в её жизни. Но в этот момент повар выстрелил груз своей спермы, и ей пришлось отвлечься от своих мыслей и быстренько глотать.
Подтянув штаны, мужчина велел Трине подняться. Он взял со стола четыре стальных вертела и, ткнув пальцем ещё в трёх девушек, повел их за собой в дальний конец кухни. Девочки поняли, что их ждёт насаживание на вертел живьём. И, наверное, они ещё будут в сознании, когда их начнут жарить.
Трина буквально текла, более возбужденной она не чувствовала себя ещё никогда, и испытала фантастический оргазм, когда мужчина велел лечь грудью на стол и начал вставлять в её раздувшееся влагалище острый конец вертела. Одним уверенным движением, повар вогнал стержень в упругое тело девушки. Через секунду дело было сделано. Конец штыря, раздвинув дрожащие губы, вылез изо рта.
Потом Трину подняли и понесли между столами к жаровне с пылающими углями. Она увидела свою семью, они сидели за столом и радостно махали ей руками, она не слышала, что ей в след кричала мамочка, но попыталась улыбнуться в ответ, правда вертел мешал это сделать. Затем она почувствовала жар от углей на своей коже, пряный запах соуса, которым её смазывали. Увидела других девочек, жарящихся на соседних мангалах. Она испытала ещё несколько чудесных оргазмов, пока её юное тело корчилось на вертеле, а пиздёнка судорожно сжимала толстый стержень. Всё чаще темная пелена окутывала окружающий мир и, наконец, совсем поглотила его.

На обратном пути в автобусе было очень много свободных мест. Почти все девушки и молодые женщины навсегда остались в резервации. Их семьи оживлённо разговаривали и смеялись, обсуждая пикантные подробности замечательно проведённого дня. Многие везли с собой упакованные в фирменные пластиковые пакеты и контейнеры со льдом куски деликатесного мяса, оставшиеся от их любимых дочерей и жён.
Семьи подруг решили, что обязательно приедут сюда на будущий год. Только участие в «шоу» на этот раз примут их ещё такие молодые и привлекательные мамочки. Услышав такое, Лу, всю дорогу рассматривавший на экране своей видеокамеры отснятый материал, потребовал, чтобы женщины в следующий раз обязательно выбрали повешение. Все засмеялись, а мама Кристины потрепала его по торчащей шевелюре и пообещала, что обязательно будет позировать ему на виселице в следующем году...

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную